Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Categories:

Анна Каретникова: Рассказ одного заключенного

Посещая судебные процессы на протяжении уже восьми лет, я неоднократно слышала признания подсудимых или же осужденных свидетелей в том, что они оговорили себя или дали ложные показания на другого под психологическим и физическим давлением. Это действительно система. Низкий поклон Анне Каретниковой, другим членам ОНК и правозащитникам за то, что они делают все возможное, чтобы это изменить.

Оригинал взят у may_antiwar в Рассказ одного заключенного

Он нам сначала ничего не хотел рассказывать про колонию. Он сказал: мне туда еще возвращаться. А они узнают, что я рассказал, обязательно узнают. Они всегда узнаЮт. Вы уйдете, меня вернут, а мне еще сидеть десять лет. И что со мной там сделают?

Я сказала: но если вы не расскажете и никто не расскажет, то ничего никогда и не изменится. Он в ответ: а ничего по-любому не изменится. Даже если вы приедете в колонию, то никто ничего не расскажет и не подтвердит. А впрочем, ладно, – сдается наконец, – давайте расскажу.

Ну чего там – бьют, пугают, за нарушения режима сажают не в ШИЗО, а в карантин и там специальные осужденные избивают, угрожают.

На всё своя такса. Кровать на нижнем ярусе – три тысячи рублей одноразово. Потом – доплата за каждый месяц, 500 рублей. Но это – с горячим душем. Но я, говорит, не плачу. Я и холодной водой помоюсь. Деньги через "актив" поступают в карман администрации.Это зона такая, ФСБшная. Там маршируют до сих пор, песни поют. Психологи что учудили – сказали, что от колонии у всех заключенных стресс, им надо больше ходить. Теперь все ходят строем, тянут носок.

У платежеспособных деньги на ремонт вымогают. Ну давайте, что ли, в коридор из камеры выйдем? Выходим.

В колонии под две тысячи человек. Помещений для длительных свиданий недостаточно, вместо положенных трех свиданий в год выходит только одно.

Бьют, да. При поступлении деревянными битами били. Я спрашиваю: от бит же следы остаются?.. Он говорит: ну и что, что следы? Кому они интересны? Там свои люди все – администрация, прокуроры, правозащитники. Как-то приехал местный правозащитник, может - и от ОНК, и сказал, что администрация всё правильно делает. Режим строгий, там террористы сидят, всё правильно. Ну ладно, суд мне дал 15 лет, но он же не к 15 годам пыток меня приговорил, разве нет?

А чтоб избить – сотрудник может так сделать: делает шаг в камеру, потом резко выскакивает оттуда, будто его ударили, это фиксирует видеокамера в коридоре. Потом акт составят за нападение на сотрудника. Ну, тут в камеру влетает резерв – и понеслось. Так что никаких проблем со следами от избиения нет.

Им главное человека сломать, чтоб покорный был, чтоб не выступал, чтоб не жаловался. Если не ломаешься - в карантин. Опять не ломаешься – так на такой случай есть двое опущенных специально обученных заключенных. Они тобой тогда займутся.

Сопровождающий нас офицер мне тихонько объясняет: "мастят. Это называется "мастят". Будут бить, будут насиловать. Так что вы не думайте, никто вам ничего не расскажет, ничего не подтвердит. Всё останется, как есть.

Tags: aleksandr_markin
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments