Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Category:

Европейский Суд защитил российского заключенного, ставшего жертвой пыток

5 июня 2012 года Европейский Суд по правам человека принял решение о приемлемости и по существу по делу осужденного Виталия Бунтова, интересы которого представляли адвокаты Центра содействия международной защите Каринна Москаленко и Анна Полозова. Дело рассматривалось в приоритетном порядке. Бунтов жаловался на пытки в колонии, где он отбывает срок. Специально для портала HRO.org Каринна Москаленко ответила на несколько вопросов об этом решении Европейского Суда корреспондента Веры Васильевой.

– Итак, Европейский Суд принял решение по делу "Бунтов против России". Что означает это решение и каковы его последствия?

– Не будем забывать, что у правительства Российской Федерации есть право обратиться с заявлением о передаче дела для рассмотрения в Большую Палату, но если они этого не сделают или получат отказ, то должны будут наступить определенные последствия этого решения.

– О чем оно?

– В целом, это решение о признании того, что Виталий Бунтов является жертвой пытки и что его права не были восстановлены в России, власти которой не обеспечили проведение объективного и эффективного расследования, а Европейский Суд обязал власти выплатить ему моральную компенсацию и расходы по ведению дела. Коротко и сухо. Но государство, где такое безнаказанно происходит, не может быть правовым, а власть, это оправдывающая и даже поощряющая, помогающая садистам уйти от ответственности, глубоко безнравственна.

Теперь по существу решения и проблемы, признанной в нем.

Заявитель мало того, что выиграл довольно большую – для Европейского Суда – сумму, более 55000 евро, но добился принципиальнейшего решения по существу жалобы: судом единогласно признано нарушение в отношении него как "негативного" права – не подвергаться пыткам, то есть доказано, что он действительно подвергся чудовищной средневековой пытке, так и "позитивного", в части того, что власти не обеспечили проведение надлежащего расследования.

Это дело никому не известного российского заключенного. Хотя сама я с Виталием Бунтовым лично не знакома, как и с большинством своих доверителей, а лишь по переписке, это дело для меня очень значимо – возможно, одно из самых знаковых. Это тот самый человек, которому вырвали 20 ногтей. Человек, который для меня является символом несгибаемой воли. Что я знаю о нем – он отказался избивать сокамерников, а при "производственной" необходимости и убивать их – и за это ему вырвали все ногти – один за другим. А после этого еще и заставили мыть окровавленный пол камеры (!), благодаря чему ему и удалось сохранить вещественные доказательства – вырванные ногти. Сограждане! Речь идет о нашей стране, России, в XXI веке.

А потом он проявил несгибаемость и бесстрашие, хотя я знаю, что ему не могло не быть страшно, и подал жалобу именно на ту администрацию учреждения ФГУ ИК-1 города Плавска Тульской области, под полным контролем которой он находился.

Несмотря на отрицание властями факта пытки, – а утрату ногтей Бунтовым они объясняли грибковым заболеванием, – Европейский Суд единогласно признал доказанными пытки в отношении Виталия Бунтова в ФГУ ИК-1. А вырванные ногти теперь находятся в Страсбурге, как залог того, что никто не сможет – при честном проведении экспертизы – установить никакого грибкового заболевания, и теперь Следственный Комитет обязан будет провести настоящее расследование и выявить виновных.

Некоторые скептики скажут: нет, это не возможно. Да, добиться этого, даже с решением Европейского Суда, непросто – я говорю не об имитации расследования, которое продолжается уже не первый год, а об объективном, "эффективном", расследовании, которое подразумевается в решении Европейского Суда.

– Не могли бы Вы дать пояснения о "негативном" и "позитивном" в праве на защиту от пыток?

– Право, как оно сформулировано в Конвенции, заключается в том, что никто не должен подвергаться пыткам или бесчеловечному обращению, и из-за этого слова "никто" право называют негативным. В пытке – все негативное, а это просто термины такие. А разница в том, что позитивный аспект этого права предполагает целый комплект позитивных обязательств по защите человека от пыток. Это предупредительные, превентивные меры, а также механизмы, позволяющие предотвратить, выявить это преступление, а если оно уже совершено, то расследовать и привлечь к ответственности виновных. У нас все происходит с точностью до наоборот. И это продемонстрировало дело Бунтова; это и есть индикация системного характера этого нарушения.

– Почему решение Европейского Суда по делу Бунтова Вы считаете столь важным?

– Это решение Суда огромной важности.

Прежде всего, для самого Бунтова. Это победа над ложью и уловками властей, которые после пережитых пыток подвергли его беспрецедентному прессингу и надеялись, что у него не окажется достоверных доказательств. Теперь его права должны быть восстановлены в России, а власти, которые не обеспечили проведение объективного и эффективного расследования, должны это сделать и сообщить о принятых мера в контрольный орган Советы Европы – в Комитет Министров.

Кроме того, это решение имеет важное значение для других заключенных. Это инструмент, с помощью которого они могут пройти подобную процедуру в Суде с меньшими усилиями и меньшим риском для них, хотя мужество требуется неординарное. Используя прецедент Бунтова, они могут указывать на аналогичные нарушения и обстоятельства, обосновывая свои жалобы сходными фактами.

Наконец, исполнение этого решения является одним из самых принципиальных вопросов. Не только меры индивидуального характера: выплата компенсации, расследование этого преступления, привлечение и наказание виновных, но – и это самое главное – принятие убедительных мер "общего характера". Которые должны быть предприняты для недопущения подобных нарушений в будущем.

Пытка как состав преступления – это явление, которое невероятно трудно расследовать и доказывать, так называемый латентный вид преступления, который не совершается в людных местах, а чаще всего в трудно доступных и закрытых учреждениях. Поэтому чем более закрытая тюремная система создана в государстве, тем больше обстоятельств, способствующих совершению этого преступления. Зная об этом, должностные лица, применяющие пытки как рутинный способ "работы" с задержанными, заключенными, осужденными, рассчитывают на свою полную безнаказанность.

Сегодня мы беседовали об этом с супругой заявителя, героической и несгибаемой женщиной – Ириной Бунтовой. Она сообщила, что, оказывается, Следственный Комитет уже предпринял какие-то меры в плане расследования этого преступления. Ну, что же, похвально, действуют на опережение.

Со мной связалась и Марина Филипповна Ходорковская, которая порадовалась этой важной победе добра над злом в деле о чудовищных пытках, на что я, зная, как долго и изнурительно длится ее ожидание, ответила: как только Вы услышите, что Верховный Суд сам – по своей инициативе – истребует дело Ходорковского – это значит, что наши власти как-то проведали о готовящемся решении Европейского Суда и грядет какое-то решение. Такая народная примета.

А всех нас я поздравляю с важной победой правосудия. Пусть пока и международного суда. Но Суда, решения которого обязательны для России.

Оригинал на портале HRO.org: http://www.hro.org/node/14304.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments