Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Categories:

Обвинительный приговор Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву вступил в силу. Мой репортаж на HRO

24 мая 2011 года кассационная коллегия Мосгорсуда под председательством судьи Владимира Усова оставила обвинительный приговор Хамовнического райсуда Москвы в отношении Михаила Ходорковского и Платона Лебедева в силе. При этом она уменьшила почти на 130 миллионов тонн количество нефти, которую, якобы, похитили подсудимые. В итоге Мосгорсуд сократил срок заключения экс-главе "ЮКОСа" и бывшему руководителю МФО "МЕНАТЕП" с 14 до 13 лет колонии общего режима.

Рассмотрение кассационной жалобы происходило в условиях усиленных мер безопасности. Причем складывалось впечатление, будто главную угрозу для отправления правосудия создавали представители СМИ и общественности, с разным успехом пытавшиеся попасть в зал судебных заседаний.

Фото- и телерепортеров вплоть до начала оглашения постановления кассационной инстанции не пускали дальше крыльца здания Мосгорсуда. Что касается пишущих журналистов, то не всем из них нашлось место в зале. В частности, корреспондент HRO.org присутствовала на выступлениях подсудимых и процессуальных сторон. Однако на финальную часть ей попасть не удалось - судебные приставы без какой-либо мотивировки захлопнули двери прямо перед пытающимися пройти внутрь работниками масс-медиа, а особо упорных довольно грубо оттолкнули.

Эту ситуацию несколько спасало то обстоятельство, что в холле пятого этажа установили три монитора. На них из зала №508, где происходило судебное заседание, транслировалось изображение. Но звукопередача оставляла желать много лучшего, поэтому далеко не все сказанное участниками процесса было слышно.

"Мы изучили все материалы уголовного дела", - сказал Владимир Усов. После этого судья-докладчик кратко изложила их суть.

Михаил Ходорковский выступил с яркой речью, в которой он говорил не только непосредственно о своем уголовном деле, но и о плачевном положении российского правосудия в целом.

"Я не ищу здесь правосудия. Опыт общения с вашими коллегами избавил от подобных иллюзий. Я лишь хочу привлечь внимание к беззаконию в суде.

Система судов общей юрисдикции зависима, не защищает граждан от чиновничьего произвола, число оправдательных приговоров исчезающее мало. По делам публичного обвинения, не считая мировых судов и судов присяжных, их один на 300.

Это говорят уже не только правозащитники, но и президент, и председатель Конституционного Суда РФ. Даже председатель Верховного Суда РФ в сердцах признает - каждое второе дело, подготовленное следственными органами, для суда не годится", - заявил экс-глава "ЮКОСа.

<...>

"Почему мне не хочется, чтобы вы продолжили традицию произвола своим заключением, что все законно и обоснованно, может, для вида подправив детали?

Не потому, что это что-то изменит в моей судьбе - в конце концов, моя судьба зависит совсем не от вашего решения.

Просто вы представляете московское правосудие. А Москва мне небезразлична. Москва - мой родной город. Отсюда на войну ушел мой дед. Здесь прожили свою жизнь мои родители. Я сам 20 лет назад, будучи советником председателя российского Правительства, защищал Белый Дом, надеясь, что защищаю демократию, частью которой является настоящий, независимый суд".

Судья Владимир Усов реагировал на подобные высказывания крайне остро. Он неоднократно перебивал Михаила Ходорковского (а впоследствии - Платона Лебедева и адвокатов, особенно Юрия Шмидта) и требовал придерживаться исключительно приговора Хамовнического суда.

"Спустя 20 лет после признания полной легитимности и равноправия частной собственности, считать стремление собственника акций и руководителя компании к большей прибыли бизнеса за счет увеличения производства - его корыстным умыслом в уголовно-правовом смысле?

В каком пыльном подвале откопали того ядовитого сталинского паука, который написал этот бред?

О каких долгосрочных инвестициях можно говорить с таким правосудием?

Никакой модернизации без чистки этих подвалов не получится", - комментировал опальный бизнесмен тезисы обвинения, поддержанные Хамовническим судом в лице его председателя Виктора Данилкина.

Подсудимый назвал "абсурдными" и "откровенно и заведомо ложными" обвинения в хищении нефти и "отмывании" денег, полученных от ее продажи.

"Обвинение в хищении всей нефти, добытой за шесть лет, очевидно маразматично, так как вся нефть сдавалась государственной компании, она не исчезала ни фактически, ни по документам", - сказал он.

По словам Ходорковского, именно "ЮКОС", а не организованная группа, как утверждается в приговоре, получал доходы от продажи нефти. По мнению бывшего главы компании, эти денежные средства использовались для выплаты дивидендов акционерам и развития производственных мощностей. Подсудимый подчеркнул, что "ЮКОС" и его акционеры получали прибыль от продажи нефти, в то время как в случае хищения такое было бы невозможно.

О Викторе Данилкине, вынесшем в конце декабря 2010 года в отношении него и Платона Лебедева обвинительный приговор, Михаил Ходорковский сказал: "Ничего личного я против него не имею. Он в меру порядочный человек, но не умеет держать удар системы".

Кроме того, Ходорковский указал на непреодолимые противоречия, которые содержатся в уголовном деле. Эти противоречия, по мнению экс-главы "ЮКОСа", "для независимого суда были бы достаточны для прекращения дела о хищении за отсутствием состава преступления".

Так, в разных фрагментах приговора утверждается, будто нефть была и одновременно не была изъята подсудимыми, что добываемая нефть дочерним предприятиям "ЮКОС" оплачивалась и не оплачивалась холдингом.

Все свои многочисленные замечания Михаил Ходорковский сгруппировал по 18 разделам, которые развернуто обосновал. Например: "О процедуре вынесения приговора", "Какие судебные решения исключают законность этого приговора?", "Утверждение о "хищении путем покупки" - заведомый обман общества", и так далее.

"Никому не приходит в голову обвинять москвичей, покупающих в магазине сигареты в несколько раз дешевле, чем в Лондоне, в хищении путем покупки по заниженной цене, называть при этом получение чека в кассе сокрытием хищения, а сам чек - подложным. Это я изложил кратко фабулу нашего обвинения", - в свою очередь, парировал доводы обвинительного приговора Платон Лебедев.

Вслед за подсудимыми с защитительными речами выступили адвокаты Алексей Мирошниченко, Константин Ривкин, Вадим Клювгант и Юрий Шмидт.

Последний остановился на политической подоплеке дела, что тоже очень не понравилось Владимиру Усову, который перебивал адвоката едва ли не после каждой его фразы.

"Мы стали свидетелями еще одного акта бесстыдной, избирательной и незаконной политической расправы, продолжающейся уже почти восемь лет и направленной на цели, отличные от правосудия", - в частности, констатировал Юрий Шмидт.

Он напомнил об истории с теперь уже бывшей помощницей Виктора Данилкина Натальей Васильевой, которая заявляла СМИ о том, что приговор, подписанный председателем Хамовнического суда, в действительности писался не им и был привезен из Мосгорсуда. А за два дня до оглашения приговора Виктор Данилкин сам ездил в Мосгорсуд, где встречался с каким-то важным человеком, который должен был дать ему четкие разъяснения насчет приговора. Текст приговора доставили в Хамовнический суд не полностью, после начала оглашения довозились некоторые его части, сказала Васильева, например концовка со сроками заключения.

Между тем сторона обвинения назвала приговор Хамовнического суда законным и обоснованным.

"Шмидт половину своей речи посвятил анализу бреда граждански Васильевой", - высказался прокурор Валерий Лахтин.

"...Защитники обращают внимание на вопросы цены на нефть. Сторона защиты пытается опровергнуть законность приговора в части применения рыночных цен, сложившихся на мировых рынках нефти, использованных при определении размера причиненного ущерба.

Им не нравятся цены, которые устанавливали в компании "ЮКОС", которые дают нефтедобывающим предприятиям оплату себестоимости нефти и небольшую прибыль. В стремлении доказать свою правоту, сторона защиты приравняла понятия фактической стоимости и себестоимости.

К сожалению, осужденные и защитники, не получается таким образом.

<...>

Суд, ссылаясь на совокупность доказательств, в том числе на показания приглашенных самой же стороной защиты свидетелей - министров Грефа и Христенко, - пришел к обоснованному выводу, что рыночная цена на нефть - это цена, сложившаяся на мировом рынке нефти в Роттердаме. Другого рынка для Российской Федерации не было".

Этот (впрочем, не только этот) тезис Валерия Лахтина вызвал смех публики.

По словам коллеги Лахтина - Гюльчехры Ибрагимовой, Виктор Данилкин испытывал беспрецедентное давление со стороны адвокатов и подсудимых. А вот руководство страны, напротив, никакого прессинга на суд не оказывало - вопреки утверждениям адвокатов, упоминавших заявления Владимира Путина о причастности Михаила Ходорковского к убийствам, которые премьер-министр сделал в декабре. То есть, ровно в то время, когда Виктор Данилкин находился в совещательной комнате.

По мнению Гюльчехры Ибрагимовой, попытки связать высказывания Путина с делом "ЮКОСа" вызваны с желанием адвокатов подсудимых придать процессу политический характер. "Когда у оппонентов слабые позиции, они переходят к оскорблениям и тому подобному", - сказала Ибрагимова.

Своим решением судебная коллегия также переквалифицировала обвинение в хищении нефти и легализации средств от ее продажи по тем же статьям в новой редакции Уголовного кодекса. Кроме того, из постановления о прекращении дела в части хищении акций дочерних предприятий ВНК было исключено упоминание о руководстве Ходорковским организованной группой через своих адвокатов. Оно было заменено на упоминание неких "других лиц".

Реакция публики на приговор оказалась чрезвычайно эмоциональной. Собравшиеся в холле сторонники Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, как только узнали судебное решение, начали скандировать: "Позор!" и не реагировали на требования судебных приставов разойтись. Провожали осужденных аплодисментами.

Оригинал на портале HRO.org: http://hro.org/node/11158.

Tags: khodorkovsky
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments