Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Categories:

Моя статья о деле Игоря Сутягина в газете "Троицкий вариант"

Снисхождения не УДОстоен 

1 марта 2010 г. Исакогорский районный суд Архангельской области отказал в условно-досрочном освобождении (УДО) ученому Игорю Сутягину, осужденному в 2004 г. по обвинению в государственной измене.

45-летний Игорь Сутягин — выпускник физического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат исторических наук. Его кандидатская была посвящена вопросам военно-морской стратегии США в 1960-80-е годы. Бывший заведующий сектором военно-технической и военно-экономической политики отдела военно-политических исследований Института США и Канады РАН.

В 1999 г. ФСБ обвинила Игоря Сутягина в передаче секретных сведений о военном потенциале России иностранным спецслужбам, хотя было известно, что ученый допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, никогда не имел, а работал с открытыми источниками.

На суде Игорь Сутягин не отрицал, что передавал информацию иностранцам, но настаивал на том, что черпал ее из общедоступных источников. В частности, он выпустил в свет справочник по ядерным вооружениям СССР и России на английском языке. По версии следствия, обнародованные в нем данные — секретные. Между тем Игорь Сутягин ссылался на газету «Красная звезда», ранее опубликовавшую эту информацию.

Согласно приговору Мосгорсуда от 7 апреля 2004 г., «Сутягин И.В. в период с 15 мая по 22 июня 1998 г. в ущерб внешней безопасности Российской Федерации собрал из открытых источников и иных неустановленных следствием источников аналитическую информацию о России» с целью ее передачи внешней разведке США. Итог судебного разбирательства — 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

В 2005 г. международная правозащитная организация Amnesty International признала Игоря Сутягина политическим заключенным. Парламентская Ассамблея Совета Европы дважды обращалась к делу ученого и дважды призывала к его пересмотру. Жалоба Игоря Сутягина на несправедливое судебное разбирательство была подана в Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) и признана приемлемой.

В России и правозащитники, и деятели науки (например, академики РАН Юрий Рыжов и Виталий Гинзбург) с самого начала добивались прекращения преследования Игоря Сутягина, утверждая, что никаких преступлений он не совершал.

Однако дело Игоря Сутягина было только одним из многих «шпионских» дел, возникших в 1998—1999 гг., когда Владимир Путин поднимался на вершины государственной власти. При этом Путин всегда активно поддерживал позицию ФСБ. Так, в интервью газете «Комсомольская правда» от 8 июля 1999 г. он заявил: «К сожалению, зарубежные спецслужбы помимо дипломатического прикрытия очень активно используют в своей работе различные экологические и общественные организации».

Говоря о деле другого «шпиона», бывшего дипломата Валентина Моисеева, Владимир Путин задолго до суда утверждал: «Да, вокруг этих персонажей по-прежнему много шуму. Но я считаю, в данных случаях наше ведомство поступает исходя из государственных интересов... Работаем, как говорится, только по факту. К слову, дело Моисеева — из разряда как раз таких случаев. И неважно, на какую разведку он работал — южно- или северокорейскую».

Между тем впоследствии ЕСПЧ признал, что суд над Моисеевым был несправедливым и зависимым.

И приговор Игорю Сутягину при отсутствии в России независимой судебной системы фактически был предопределен заранее. По сути, ученого просто «назначили» изменником.

Игорь Сутягин отбыл в заключении уже 10 лет, пройдя за этот период пять тюрем и три колонии. Согласно российскому законодательству, осужденный к отбыванию наказания в колонии строгого режима после истечения двух третей срока имеет право на УДО.

Однако Исакогорской районный суд Архангельска Игорю Сутягину в этом праве отказал. Не помогли прошения ни Уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина, ни членов Общественной палаты, ни академиков, ни известных правозащитников. По мнению судьи Галины Каторс, десяти лет оказалось недостаточно для исправления ученого-«шпиона». К тому же Игорь Сутягин, осужден за «совершение особо тяжкого преступления, которое наносит вред конституционному строю».

А с характеристикой, которую ученому выдала администрация колонии ИК-1 Архангельска, где он удерживался в последние годы, произошла вовсе удивительная история. Как сообщила в своем интернет-блоге председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, присутствовавшая на судебном заседании по вопросу об УДО, характеристику ученый получил очень хорошую. Она заканчивалась фразой: «администрация рекомендует применить к И. Сутягину условно-досрочное освобождение». Но в суде перед словом «рекомендует» вдруг обнаружилась частица «не». И это при том, что характеристика как была, так и осталась положительной.

«Судья заслушала в качестве свидетелей людей, которые положительно характеризовали Сутягина. Это академик Юрий Рыжов, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов, Эрнст Черный, который возглавляет Комитет защиты ученых, - все это для судьи пустой звук», — рассказала СМИ адвокат Игоря Сутягина Анна Ставицкая.

«Меня потрясло поведение судьи, которая крайне язвительно оглашала обращения очень видных общественных деятелей, правозащитников, ученых и журналистов, выступающих в поддержку просьбы Сутягина об условно-досрочном освобождении. Судье было весело», — говорит защитник.

Как призналась Анна Ставицкая, у нее сложилось впечатление, что судебное решение было готово заранее. Судья пробыла в совещательной комнате минут сорок, а текст решения оказался достаточно большим — на пяти листах.

Суд состоялся 1 марта, и после него в прежнее место отбывания наказания Игорь Сутягин не вернулся, а был этапирован в уже четвертую с момента заключения под стражу колонию — ФБУ ИК-12 Холмогорского района Архангельской области. Не приходится сомневаться в том, что это — одна из форм прессинга по отношению к неугодному властям.

У политических узников современной России из застенков по-прежнему есть только два пути. Либо через признание несуществующей вины, либо, как у бывшего вице-президента «ЮКОСа» Василия Алексаняна, — через грань между жизнью и смертью, когда держать человека за решеткой на глазах у всего цивилизованного мира становится уже попросту невозможно.

В истории нашей страны далеко не раз достойные ее сыны становятся изгоями. Хочется верить, что когда-нибудь мы изживем эту «традицию». 25 лет назад Михаил Горбачев начал перестройку с того, что освободил советских политзаключенных. И Дмитрий Медведев, которого некоторые комментаторы сравнивают с Горбачевым, вполне мог бы последовать его примеру.

Впрочем, это зависит от каждого из нас. «Не молчите!» — призывает Игорь Сутягин в одном из своих последних рассказов всех тех, кто неравнодушен к чужой беде.

Вера Васильева,
судебный репортер,
корреспондент интернет-портала
«Права человека в России»,
специально для «Троицкого варианта»


Оригинал: http://trv-science.ru/2010/03/30/snisxozhdeniya-ne-udostoen/.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment