Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Categories:
  • Mood:

О фильме "В круге первом"

Вчера на экраны вышла десятая, заключительная серия телефильма "В круге первом", поставленного Глебом Панфиловым по одноименному роману Александра Солженицына. Действие картины, показывающей жизнь заключенных шарашки, лишено динамичности. Основной драматизм заключается во внутренних переживаниях, нравственных конфликтах героев, среди образов которых угадывается сам Солженицын (он же, кстати, написал сценарий и читает закадровый текст, что, несомненно, большой плюс). Именно об этой основной проблеме фильма – проблеме нравственного выбора – и хочу сказать несколько слов.

В сериале показаны люди, поставленные в критические условия. И в этих условиях им приходится решать – поступить так, как предписывает совесть, рискнув при этом свободой, а возможно и жизнью, или же заглушить голос совести и не рисковать?

Инженер Герасимович отказывается работать над созданием аппаратуры для ведения слежки. Это не моя специальность, заявляет он чекистам, я не охочусь на человеков. Отказывается, несмотря на то, что ему является образ страдающей жены, давеча на свидании заклинавшей его что-нибудь изобрести, чтобы выйти на волю досрочно, а не через три года. В результате Герасимовича отправляют по этапу.

Сам выбирает колонию и Нержин.

Зато Сологдин добровольно создает по заказу Сталина шифратор, путем очковтирательства добивается назначения руководителем проекта, в случае успеха которого получит свободу.

Однако главная идейная нагрузка лежит на выборе советского дипломата Иннокентия Володина.

Фильм начинается с того, что Володин (его роль мастерски исполняет Дмитрий Певцов) тайно, из телефонной будки у метро "Арбатская" звонит в посольство США и сообщает, что советский агент в Нью-Йорке должен получить информацию о деталях производства атомной бомбы. И тут сам зритель сразу оказывается перед очень сложным выбором: а что такое совесть в данной ситуации?

Володин движим стремлением не дать бомбу "людоедскому режиму" и спасти мир от гибели в атомной катастрофе. А также – вырваться из омута лжи и страха. Он вспоминает слова Герцена о том, что любовь к Родине необязательно означает любовь к правительству. Символично и имя героя: "Иннокентий" значит "невиновный".

Но говорил ли Герцен о государственной измене?

...Известно, что существуют две редакции романа. Как пишет Алла Латынина в статье "Иннокентий Володин и атомная бомба", опубликованной в "Московских новостях" №5 за 2006 год, после успеха "Одного дня Ивана Денисовича" Солженицын подготовил сокращенную и "облегченную" редакцию "В круге первом". В ней Иннокентий Володин предупреждал профессора-биолога, собиравшегося сообщить зарубежным коллегам о ходе работ над новым лекарством, что подобного рода научные контакты приведут к аресту. Такой поступок, вызванный сочувствием к человеку, для многих куда бесспорнее, нежели попытка сорвать операцию советских разведчиков. Именно этот вариант попал в Самиздат и был опубликован за границей. За него Солженицын и получил Нобелевскую премию.

Между тем, в основе "атомной" версии романа лежит реальный факт. Алла Латынина отмечает, что в мемуарах "Утоли моя печали" Лев Копелев, прототип Рубина, вспоминает, как руководство шарашки получило задание установить личность звонившего в американское посольство. Им оказался некий Иванов, второй советник посольства СССР в Канаде (дальнейшая судьба этого человека неизвестна). Но вряд ли он ставил перед собой те же цели, что и Володин. Ведь к тому времени атомная бомба у Советского Союза уже имелась.

Действие романа Солженицына и, соответственно, телесериала развивается в конце декабря 1949 года. А бомбу на Семипалатинском полигоне испытали еще 29 августа, о чем заявляли западные лидеры и писала тамошняя пресса. Дипломат Иванов не мог не быть в курсе этих событий.

Значит, Солженицын, а вслед за ним и режиссер, намеренно идут на такой анахронизм. Замысел романа и фильма, поставленная в них проблема, оказались важнее исторических фактов.

Некоторые комментаторы утверждают, будто Глеб Панфилов со своим фильмом опоздал. Действительно, общественный интерес к тому историческому периоду, который освещается в картине, подувял. Однако, на мой взгляд, роман, как и фильм, как нельзя более актуален. Ведь проблему нравственного выбора в тех или иных обстоятельствах вынужден решать каждый –  вне зависимости от времени, в котором живет. Впрочем, нынешние времена, воможно, в этом плане весьма показательны.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments