Письмо Людмилы Алексеевой из Хамовнического суда
Второе уголовное дело в отношении Михаила Ходорковского и Платона Лебедева при всей своей кажущейся сложности и запутанности на самом деле предельно просто и ясно. Сколько бы ни пыжились прокуроры, к каким бы уловкам они ни прибегали, с самого начала было понятно — основополагающий постулат обвинения о хищении в течение шести лет всей добытой нефти, вокруг которого строится весь судебный процесс, не выдерживает никакой критики.
Не нужно быть дипломированным экономистом, специалистом в области права или опытным бизнесменом, чтобы убедиться в неадекватности претензий «синих мундиров» к Ходорковскому и Лебедеву. Только вдумайтесь: акционеров и менеджмент ЮКОСа обвиняют в хищении у дочерних компаний ЮКОСа законно реализованной ими на рынке и полностью оплаченной им нефти.
Абсурд. Прежде всего, потому, что украсть у самого себя невозможно. Но и это еще не все. Речь ведь идет не о мешке картошки, который можно легко умыкнуть во мраке ночи, а о 350 млн. тонн нефти, движение которой по трубопроводной системе жестко регламентировано. Не ведрами же её, в самом деле, вычерпывали в таких масштабах?
Но обвинение продолжает упорно настаивать на своем. Причем прокуроров совершенно не смущает, что факт хищения опровергают ими же приглашенные свидетели, потому что не верят в реальность такого рода преступления. Невозможно похитить нефть, говорят они. Невозможно, в рамках существующего в России топливно-энергетического комплекса, выстроенного сообразно логике правительства.
Мало прокурорам было бестолкового Евгения Рыбина, который, не постеснявшись своих инструкторов из Генпрокуратуры, прямо сказал, что «нефть невозможно украсть». Так они еще вызвали в суд его давнего друга Гурами Авалишвили, по сути согласившегося с этим утверждением. Ничего он, мол, о хищении не слышал и не знает. «В газетах много чего пишут…» — иронично заметил Авалишвили на одном из слушаний, четко дав понять, что говорить о похищени 350 млн. тонн нефти просто несерьезно.
К показаниям Гурами Джемаловича стоит отнестись со всем вниманием. Авалишвили не какой-то там человек с улицы, а бывший первый замминистра топлива и энергетики России. Да еще и явный противник Ходорковского.
Но заявление столь авторитетного свидетеля не возымело на прокуроров действия. Что, безусловно, весьма странно. Доводам логики гособвинители не внимают — это давно известно. Зато всегда прислушиваются к словам вышестоящего начальства и высокого политического руководства.
Авалишвили хоть и бывший, но все же большой чиновник. В соответствии с бюрократическими нормами и традициями, все сказанное им должно восприниматься прокурорами как неоспоримая истина. И если он соглашается с мнением, что нефть невозможно украсть, значит, это действительно так.
В этой ситуации лучшее, что могло бы сделать гособвинение — это прекратить судебное разбирательство. Чем раньше прокуроры остановятся, тем меньше испытают позора перед общественностью и начальством. Если каждый из вызванных ими свидетелей будет рушить и без того хлипкую «доказательную базу» обвинения (а именно это и происходило с каждым допрошенным свидетелем), то процесс окончательно превратится в насмешку над их бездарностью и твердолобой глупостью.
Хотя, пожалуй, даже не это самое главное. Затягивание судебного разбирательства угрожает авторитету государства. И не только потому, что с его молчаливого согласия (а, возможно, по прямому распоряжению), творится весь этот правовой беспредел. Каждый раз, заявляя о жесткой регламентации движения нефти, контролируемого непосредственно федеральной властью, свидетели тем самым бросают тень на правительство и заставляют усомниться в его профессионализме и компетентности.
Кто поверит, что власть упустила из виду непомерно огромные объемы «черного золота», которое ее кормит и поит, позволив кому-то его украсть в таких космических масштабах? В нашей стране так не бывает: государство скорее само совершит кражу, чем даст такую возможность другим.
Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, член Общественного совета при Президенте РФ
Источник: http://www.korpunkt.com/
Не нужно быть дипломированным экономистом, специалистом в области права или опытным бизнесменом, чтобы убедиться в неадекватности претензий «синих мундиров» к Ходорковскому и Лебедеву. Только вдумайтесь: акционеров и менеджмент ЮКОСа обвиняют в хищении у дочерних компаний ЮКОСа законно реализованной ими на рынке и полностью оплаченной им нефти.
Абсурд. Прежде всего, потому, что украсть у самого себя невозможно. Но и это еще не все. Речь ведь идет не о мешке картошки, который можно легко умыкнуть во мраке ночи, а о 350 млн. тонн нефти, движение которой по трубопроводной системе жестко регламентировано. Не ведрами же её, в самом деле, вычерпывали в таких масштабах?
Но обвинение продолжает упорно настаивать на своем. Причем прокуроров совершенно не смущает, что факт хищения опровергают ими же приглашенные свидетели, потому что не верят в реальность такого рода преступления. Невозможно похитить нефть, говорят они. Невозможно, в рамках существующего в России топливно-энергетического комплекса, выстроенного сообразно логике правительства.
Мало прокурорам было бестолкового Евгения Рыбина, который, не постеснявшись своих инструкторов из Генпрокуратуры, прямо сказал, что «нефть невозможно украсть». Так они еще вызвали в суд его давнего друга Гурами Авалишвили, по сути согласившегося с этим утверждением. Ничего он, мол, о хищении не слышал и не знает. «В газетах много чего пишут…» — иронично заметил Авалишвили на одном из слушаний, четко дав понять, что говорить о похищени 350 млн. тонн нефти просто несерьезно.
К показаниям Гурами Джемаловича стоит отнестись со всем вниманием. Авалишвили не какой-то там человек с улицы, а бывший первый замминистра топлива и энергетики России. Да еще и явный противник Ходорковского.
Но заявление столь авторитетного свидетеля не возымело на прокуроров действия. Что, безусловно, весьма странно. Доводам логики гособвинители не внимают — это давно известно. Зато всегда прислушиваются к словам вышестоящего начальства и высокого политического руководства.
Авалишвили хоть и бывший, но все же большой чиновник. В соответствии с бюрократическими нормами и традициями, все сказанное им должно восприниматься прокурорами как неоспоримая истина. И если он соглашается с мнением, что нефть невозможно украсть, значит, это действительно так.
В этой ситуации лучшее, что могло бы сделать гособвинение — это прекратить судебное разбирательство. Чем раньше прокуроры остановятся, тем меньше испытают позора перед общественностью и начальством. Если каждый из вызванных ими свидетелей будет рушить и без того хлипкую «доказательную базу» обвинения (а именно это и происходило с каждым допрошенным свидетелем), то процесс окончательно превратится в насмешку над их бездарностью и твердолобой глупостью.
Хотя, пожалуй, даже не это самое главное. Затягивание судебного разбирательства угрожает авторитету государства. И не только потому, что с его молчаливого согласия (а, возможно, по прямому распоряжению), творится весь этот правовой беспредел. Каждый раз, заявляя о жесткой регламентации движения нефти, контролируемого непосредственно федеральной властью, свидетели тем самым бросают тень на правительство и заставляют усомниться в его профессионализме и компетентности.
Кто поверит, что власть упустила из виду непомерно огромные объемы «черного золота», которое ее кормит и поит, позволив кому-то его украсть в таких космических масштабах? В нашей стране так не бывает: государство скорее само совершит кражу, чем даст такую возможность другим.
Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, член Общественного совета при Президенте РФ
Источник: http://www.korpunkt.com/