Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

"Откровения" о следствии и правосудии

В блоге defence33 приведен примечательный фрагмент из откровений следователя, опубликованных в издании "КоммерсантЪ Власть".

"Попадет ли уголовное дело в суд, а если попадет, то в каком виде, какие данные будут содержаться в материалах, а какие — нет, решается все-таки следственными органами. Минимальная доля оправдательных приговоров и максимальные порции следующих за ними дисциплинарных наказаний виновных лишнее тому подтверждение. И суд такое положение очень даже устраивает, наилучшей иллюстрацией чему является негласное корпоративное правило (своего рода уголовно-процессуальный этикет): при направлении следователем материалов о санкционировании тех или иных процессуальных действий либо уголовного дела для рассмотрения по существу передавать судье дискету или флешку с соответствующим постановлением или обвинительным заключением.

Так что не удивляйтесь, что решение следствия о направлении дела в суд на 99% влечет обвинительный приговор, а дальнейшая интрига разыгрывается вокруг вопросов "По какой статье?" и "Условно или реально?", хотя и здесь есть неписаное правило: "Пришел в суд на своих ногах (мера пресечения на следствии — подписка о невыезде) — на своих и уйдешь; привезли под конвоем (мера пресечения на следствии — содержание под стражей) — под конвоем и уедешь". Исключения так же редки, как и оправдательные приговоры. Таким образом, фактически происходит частичная подмена предварительным следствием судебного, что негативно сказывается на качестве как одного, так и другого, и в этих условиях судья оказывается своеобразным заложником следователя и уже принятых на досудебной стадии процессуальных решений.
 
Так будет продолжаться до тех пор, пока оправдательный приговор не будет восприниматься как торжество истины, пусть не абсолютной, процессуальной, однобокой, документально установленной, но все же истины, до тех пор пока в нем будет обязательно кто-то виноват и он будет расцениваться как брак в работе".


Очень вписывающимся в эту тему мне показалось письмо из мест лишения свободы, которое я получила. Подчеркну, оно написано фигурантом не политического, заказного, дела, а самого что ни на есть обыкновенного. Каких множество. 

Конечно, можно сказать, что надо делать скидку на субъективность автора. Но я читала и его жалобу в Европейский Суд по правам человека, и решение по ней, принятое Страсбургом. В частности, ЕСПЧ усмотрел в деле нарушения статьи 6 Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод, гарантирующей справедливое и беспристрастное правосудие.

Орфография соответствует оригиналу.

"...Так как наши правоохранительные органы… работать в условиях состязательности именно доказательств перед непредвзятым судом не умеют, то и "матерью доказательств" было выбрано выбивание признательных показаний.

В 90 процентах случаев сначала выбиваются "нужные" признательные показания (правдивые или ложные; смешанные), а потом уже под них подбирается остальная "доказательная" база. У меня, например, по "признательным" показаниям в ходе предварительного следствия, в частности, два эпизода преступлений (которые я совершал, судя по оформленным бумагам) были совершены в одно и то же время на расстоянии нескольких километров друг от друга, что физически невозможно. Один этот эпизод произвольно исключили, а по другому осудили: по показаниям признательным. Вопрос: откуда же тогда известно, что остальные показания "правдивые", если приведенный казус – исключили?

Никого не интересует, ибо те, кто в "теме", великолепно знают: попробуйте судить не по показаниям, полученным на следствии (читай – выбитым), а данным публично в суде здесь и сейчас – и осудить никого не получится, ибо других доказательств нет. От неумения (нежелания, ибо это морока, а стимулы отсутствуют) с ними работать.

По моему делу проходит масса вещдоков. Они все, по бумагам следствия, доказывают мою вину. На самом деле это отнюдь не всегда так, а часто наоборот, и при обозрении в суде это можно легко установить (несовпадение патронов и оружия, которыми, по версии следствия, совершено преступление – несовпадение, заметное "на глаз"). И обвиняемые настаивают на обозрении вещдоков, и суд, по духу и букве закона, не имеет права отказать. Но сплошь и рядом суды отказывают.

В результате: вину обвиняемых "доказывают" оформленные следствием бумажки (протоколы обысков, выемок, осмотров), подогнанные под выбитые признательные показания, а физического существования "вещественных доказательств" в суде никто не наблюдал. Может, их и не было (вещественно) никогда, может, доказать с их помощью можно совершенно обратное утверждаемому следствием при непосредственном обозрении... "
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments