Письмо Людмилы Алексеевой из Хамовнического суда
31 июля исполнилось ровно четыре месяца с того дня, как Хамовнический районный суд города Москвы приступил к рассмотрению по существу второго уголовного дела Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Впору уже подводить первые итоги.
Все это время я с пристальным вниманием следила за ходом процесса, не переставая поражаться его глупости, нелогичности и бессмысленности. К счастью, в этом своем ощущении я не одинока. Несмотря на попытки властей скрыть подробности происходящего, россияне не питают иллюзий относительно характера и содержания дела «ЮКОСа».
Такой вывод я сделала на основе своих личных наблюдений, составленных из бесед с многочисленными посетителями зала Хамовнического суда. В конце прошлой недели это нашло подтверждение в официальных данных социологов. Как показали исследования специалистов аналитического центра Юрия Левады, даже в обстановке крайней информационной ограниченности, нежелания большинства федеральных СМИ замечать дело «ЮКОСа», почти половина россиян знает о процессе гораздо больше, чем хотелось бы того властям.
Например, для 60 процентов опрошенных не является секретом, что судьба Ходорковского и Лебедева решается вовсе не в суде, а в коридорах Кремля. Именно по этой причине они уверены, что служители Фемиды пристрастны и несправедливы к обвиняемым.
Чтобы это понять, не нужно быть профессиональным юристом. Ведь даже простые наши граждане, чье мнение о процессе складывается из разрозненных обрывков данных, раскиданных в сети пока еще свободного и неконтролируемого государством Интернета, осознают масштабы творящегося в деле «ЮКОСа» произвола.
Правосудием там и не пахнет. За четыре месяца так называемого судебного разбирательства прокуроры так и не смогли разъяснить подсудимым, в чем же они, собственно, обвиняются. Что они украли, когда и у кого? Отсутствие конкретных доказательств гособвинение прикрывает монотонным бумагооглашением стандартно-типовой документации, имеющейся в любой нефтяной компании: договоры, акты приема-передачи нефти, акты купли-продажи, платежки, векселя, уставы, протоколы собраний акционеров и так далее. Зачем это все зачитывается, что значит и к чему относится — прокуроры не поясняют. При всплытии неудобных для обвинения, но важных для защиты фактов материалы оглашаются не полностью, а частично — в весьма вольной интерпретации, а то и с намеренными искажениями.
Совершенно вопиющая ситуация с переводами материалов дела с иностранных языков, заставляющими усомниться в профессионализме прокурорских переводчиков. Из многочисленных, систематических и грубых ошибок подобного рода особенно запомнились волшебные превращения 368 млн. рублей в 368 млн. долларов США, а так же достойные сказок про барона Мюнхгаузена путаницы с датами — чего только стоит появление в переведенных документах дела «38 декабря 2000 года».
И все это на фоне беспрецедентного надругательства над принципами справедливого судопроизводства. Ходатайства защиты неизменно отклоняются за редчайшими и второстепенными исключениями. Ходорковский лишен возможности дать показания в начале судебного следствия, хотя он просил об этом и такое право ему предоставляет сам закон. По требованию обвинения и с молчаливого согласия судьи сторона защиты отстранена от активного участия в исследовании доказательств обвинения. Все, что им позволено — это краткие комментарии о дефектах оглашения документов, без их содержательного анализа.
Доказательства, представленные обвинением, не только безосновательны, но и собраны противоправными методами — путем незаконной выемки документов, несанкционированной должным образом прослушки телефонов, давления на обвиняемых, свидетелей, представителей защиты.
Кстати, на прошлой неделе появилась информация, что расследование обстоятельств хищения нефти, по обвинению в котором сейчас судят Ходорковского и Лебедева, продолжается. Об этом читателям газеты «Ведомости» рассказал председатель Следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин. А ведь это означает не что иное, как параллельное тайное следствие, о котором защита говорит уже не первый год.
Словоохотливого заместителя генерального прокурора и главного следователя страны, сделавшего столь откровенное заявление, почему-то совершенно не смутило, что любые параллельные доследования в ходе уже рассматриваемого дела запрещены законом.
Эта стало лишним подтверждением тому, что в процессе «ЮКОСа» совсем не осталось места праву и здравому смыслу. Если так будет и дальше продолжаться, в следующем исследовании Левада-Центра свое недоверие к действиям прокурорских работников выскажут уже не шестьдесят, а все сто процентов граждан России.
Властям есть над чем задуматься: недовольство народа самоуправством представителей Фемиды растет. Вполне возможно, что в самом скором времени круг убежденных сторонников версии о виновности в чем-либо Ходорковского и Лебедева сократится до четверки прокуроров в составе Дмитрия Шохина, Валерия Лахтина, Гульчахры Ибрагимовой и Валентины Ковалихиной.
По крайней мере, тот же Александр Бастрыкин в числе «виновных» в хищении нефти ни Михаила Ходорковского, ни Платона Лебедева не назвал. По его мнению, высказанному на страницах «Ведомостей», «виновные» скрываются сейчас где-то на территории Великобритании, США и Израиля. Говоря все это, доктор юридических наук, профессор Бастрыкин «забыл» про Конституцию России, согласно которой виновным любого человека может назвать только суд своим приговором, вступившим в законную силу.
Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, член Общественного совета при Президенте РФ
Источник: http://www.korpunkt.com/
Все это время я с пристальным вниманием следила за ходом процесса, не переставая поражаться его глупости, нелогичности и бессмысленности. К счастью, в этом своем ощущении я не одинока. Несмотря на попытки властей скрыть подробности происходящего, россияне не питают иллюзий относительно характера и содержания дела «ЮКОСа».
Такой вывод я сделала на основе своих личных наблюдений, составленных из бесед с многочисленными посетителями зала Хамовнического суда. В конце прошлой недели это нашло подтверждение в официальных данных социологов. Как показали исследования специалистов аналитического центра Юрия Левады, даже в обстановке крайней информационной ограниченности, нежелания большинства федеральных СМИ замечать дело «ЮКОСа», почти половина россиян знает о процессе гораздо больше, чем хотелось бы того властям.
Например, для 60 процентов опрошенных не является секретом, что судьба Ходорковского и Лебедева решается вовсе не в суде, а в коридорах Кремля. Именно по этой причине они уверены, что служители Фемиды пристрастны и несправедливы к обвиняемым.
Чтобы это понять, не нужно быть профессиональным юристом. Ведь даже простые наши граждане, чье мнение о процессе складывается из разрозненных обрывков данных, раскиданных в сети пока еще свободного и неконтролируемого государством Интернета, осознают масштабы творящегося в деле «ЮКОСа» произвола.
Правосудием там и не пахнет. За четыре месяца так называемого судебного разбирательства прокуроры так и не смогли разъяснить подсудимым, в чем же они, собственно, обвиняются. Что они украли, когда и у кого? Отсутствие конкретных доказательств гособвинение прикрывает монотонным бумагооглашением стандартно-типовой документации, имеющейся в любой нефтяной компании: договоры, акты приема-передачи нефти, акты купли-продажи, платежки, векселя, уставы, протоколы собраний акционеров и так далее. Зачем это все зачитывается, что значит и к чему относится — прокуроры не поясняют. При всплытии неудобных для обвинения, но важных для защиты фактов материалы оглашаются не полностью, а частично — в весьма вольной интерпретации, а то и с намеренными искажениями.
Совершенно вопиющая ситуация с переводами материалов дела с иностранных языков, заставляющими усомниться в профессионализме прокурорских переводчиков. Из многочисленных, систематических и грубых ошибок подобного рода особенно запомнились волшебные превращения 368 млн. рублей в 368 млн. долларов США, а так же достойные сказок про барона Мюнхгаузена путаницы с датами — чего только стоит появление в переведенных документах дела «38 декабря 2000 года».
И все это на фоне беспрецедентного надругательства над принципами справедливого судопроизводства. Ходатайства защиты неизменно отклоняются за редчайшими и второстепенными исключениями. Ходорковский лишен возможности дать показания в начале судебного следствия, хотя он просил об этом и такое право ему предоставляет сам закон. По требованию обвинения и с молчаливого согласия судьи сторона защиты отстранена от активного участия в исследовании доказательств обвинения. Все, что им позволено — это краткие комментарии о дефектах оглашения документов, без их содержательного анализа.
Доказательства, представленные обвинением, не только безосновательны, но и собраны противоправными методами — путем незаконной выемки документов, несанкционированной должным образом прослушки телефонов, давления на обвиняемых, свидетелей, представителей защиты.
Кстати, на прошлой неделе появилась информация, что расследование обстоятельств хищения нефти, по обвинению в котором сейчас судят Ходорковского и Лебедева, продолжается. Об этом читателям газеты «Ведомости» рассказал председатель Следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин. А ведь это означает не что иное, как параллельное тайное следствие, о котором защита говорит уже не первый год.
Словоохотливого заместителя генерального прокурора и главного следователя страны, сделавшего столь откровенное заявление, почему-то совершенно не смутило, что любые параллельные доследования в ходе уже рассматриваемого дела запрещены законом.
Эта стало лишним подтверждением тому, что в процессе «ЮКОСа» совсем не осталось места праву и здравому смыслу. Если так будет и дальше продолжаться, в следующем исследовании Левада-Центра свое недоверие к действиям прокурорских работников выскажут уже не шестьдесят, а все сто процентов граждан России.
Властям есть над чем задуматься: недовольство народа самоуправством представителей Фемиды растет. Вполне возможно, что в самом скором времени круг убежденных сторонников версии о виновности в чем-либо Ходорковского и Лебедева сократится до четверки прокуроров в составе Дмитрия Шохина, Валерия Лахтина, Гульчахры Ибрагимовой и Валентины Ковалихиной.
По крайней мере, тот же Александр Бастрыкин в числе «виновных» в хищении нефти ни Михаила Ходорковского, ни Платона Лебедева не назвал. По его мнению, высказанному на страницах «Ведомостей», «виновные» скрываются сейчас где-то на территории Великобритании, США и Израиля. Говоря все это, доктор юридических наук, профессор Бастрыкин «забыл» про Конституцию России, согласно которой виновным любого человека может назвать только суд своим приговором, вступившим в законную силу.
Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, член Общественного совета при Президенте РФ
Источник: http://www.korpunkt.com/