Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Громкость голоса вместо фактов?

2 июня 2009 года в Хамовническом районном суде Москвы продолжилось разбирательство второго уголовного дела Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Заседание началось с того, что судья Данилкин установил подсудимым новый строк содержания под стражей. После этого и вплоть до конца рабочего дня прокуроры оглашали материалы дела, причем весьма специфическим образом. 

Решение об установлении Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву нового срока содержания под стражей судья Данилкин принял после рассмотрения ходатайства подсудимых. В этом документе – кстати, поданном повторно – они указывали на недопустимую с точки зрения закона ситуацию, которая сложилась. Установленный ранее срок ареста истек еще в ночь с 17 на 18 марта, и с этого времени экс-глава "ЮКОСа" и бывший руководитель МФО "Менатеп", по сути, удерживались за решеткой незаконно. В своем ходатайстве они призывали судью Данилкина либо установить им новый срок содержания под стражей, либо избрать другую меру пресечения.

Прокуроры единодушно ратовали за отказ в этой просьбе, однако председательствующий поступил иначе. После примерно пятнадцатиминутного размышления в совещательной комнате (на время которого в заседании был объявлен перерыв) Виктор Данилкин едва ли не впервые в этом судебном процессе удовлетворил ходатайство подсудимых. Судья продлил им срок содержания под стражей до 18 августа 2009 года.

Все оставшееся до конца рабочего дня время прокуроры выборочно зачитывали те фрагменты из дела, которые они намерены использовать в качестве доказательств вины Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Развив неожиданно скоростной темп, они таким образом "огласили" тома 24, 25, 27, 28, 29, 31, 32, 34, 36, 37, 38, 39, 40. Для сравнения: в начале слушаний гособвинители едва осиливали один том за день.

Достигнут этот рекорд был весьма специфическим образом: несмотря на то, что прокуроры заявляли, будто оглашают очередной документ полностью, в действительности они зачитывали лишь фрагменты из него. А иногда и вовсе либо только называли документ, либо своими словами кратко описывали его содержание.

О причинах "скорочтения" остается только гадать, но его результаты не замедлили прокомментировать подсудимые и их защита.

Михаил Ходорковский как всегда был подчеркнуто корректен.

"Если уважаемый гособвинитель говорит, что он оглашает страницы с 9 по 13, и произносит две фразы, то я хочу, чтобы в протоколе были отражены две фразы. Если он говорит, что этот документ свидетельствует о том-то и о том-то, то это не содержание документа, а их позиция".

"Прокурор Ибрагимова заявила, что оглашение документа в полном объеме есть оглашение тех фраз, которые государственное обвинение считает нужным огласить. <…> По мнению Шохина, именно вы, Ваша честь, разрешаете оглашать документы в той части, в которой они их оглашают, но при этом считать их оглашенными полностью. Это процессуальная новость для меня. Надеюсь, что и для вас тоже".

Платон Лебедев, напротив, делал крайне жесткие заявления.

"Прокурор Ибрагимова нагло лжет суду, что те сведения, которые она огласила, содержатся именно в этом документе".

"Я не сомневаюсь, что вы сейчас и сами не понимаете, какие документы к какому обвинению имеют отношение".

"Я еще раз заявляю категорический протест в связи с тем, что вы не реагируете на действия подставных прокуроров. При оглашении документов и прокурор Лахтин, и прокурор Ибрагимова огласили те сведения, которые там отсутствуют".

Адвокаты поддержали своих подзащитных.

"Наши процессуальные оппоненты довели до абсурдности практику представления доказательств. Право обвинения – сообщать, какую доказательственную значимость они усматривают в том или ином документе. Но на последнем судебном заседании дело дошло до того, что они своими словами описывают то, что они увидели в документе. Это не то, что увидели там мы", – заявил, в частности, Константин Ривкин.

"Оглашено только понимание обвинением документа… Мы хотим услышать доказательства… Сторона обвинения злоупотребляет своими правами… Середина документа была пропущена…", – всякий раз обращала внимание судьи на действия прокуроров Наталья Терехова.

Но председательствующий отнесся к происходящему индифферентно. Воспринимая все со слуха, он не попросил у обвинения том дела, чтобы проверить, какая из сторон права. Не обратил он внимание и на то, что Гюльчехра Ибрагимова всячески препятствовала стороне защиты высказываться: не только продолжала в это время чтение, но и делала это на повышенных тонах, пытаясь перекричать оппонентов.

Слушание дела продолжится в среду, 3 июня.

Оригинал на портале HRO.org: http://hro1.org/node/5699.
Tags: khodorkovsky
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments