Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

Судебное заседание по делу Леонида Невзлина 8 апреля 2008 г.

Заседание 8 апреля началось с допроса свидетеля обвинения Константина Костина – мужа потерпевшей Ольги Костиной, ранее работавшего в Роспроме и в "ЮКОСе". 

Константин Костин заявил, что к взрыву, произошедшему 28 ноября 1998 года на лестничной клетке подъезда дома, в котором проживали родители его жены, "однозначно причастна служба безопасности "ЮКОСа". "Заказ", по словам Костина, "формулировал Пичугин". "Участие Шестопалова и Невзлина какое-то было", – добавил он.

Источник своей осведомленности Константин Костин не уточнил. Сказал только, что после взрыва имел разговор с Леонидом Невзлиным, в ходе которого тот выдвигал версии происшествия, и именно они и вызвали у свидетеля подозрения. Однако с правоохранительными органами своими подозрениями свидетель не поделился, потому что подозревать Невзлина Костин начал уже после того, как поговорил с сотрудниками МУРа.

Алексея Пичугина Константин Костин видел дважды. В первый раз, якобы, – в ресторане "Царская охота" в подмосковном поселке Жуковка вместе с Леонидом Невзлиным. Костин особо подчеркнул, что это дорогой ресторан, а потому присутствие там Пичугина, по его мнению, было странным. А во второй раз – на скамье подсудимых в зале суда.

По мнению свидетеля, Леонид Невзлин был недоволен Ольгой Костиной из-за того, что она, перейдя на работу в мэрию Москвы на должность начальника управления по общественным связям, отказалась лоббировать интересы "ЮКОСа" перед мэром Лужковым. "Василий Савельевич [Шахновский] был в мэрии резидентом, а Ольге отводилась роль агента влияния", – заявил Константин Костин.

(Кое-какие подробности о Костине.)  

Следующим допрашивали работника милиции Максима Колесникова. В 1999 году он занимал должность оперуполномоченного 3 отдела управления уголовного розыска УВД Московской области. Он рассказал, что работал в группе, которая занималась расследованием покушения на Евгения Рыбина, произошедшего у Николо-Хованского кладбища. Как вспомнил свидетель, в этом происшествии пострадали сотрудники милиции, осуществлявшие охрану Рыбина по договору.

До взрыва коллеги Максима Колесникова проверяли поблизости от места будущего происшествия вишневый автомобиль "Нива" с двумя пассажирами, один из которых носил фамилию Шевцов.

За давностью лет свидетель каких-либо еще подробностей вспомнить не мог. По существу предъявленных Леониду Невзлину обвинений он ничего не сказал.

Третьим в качестве свидетеля допросили Владимира Криунева, в 2002–2003 годах работавшего заместителем Алексея Пичигина. Отвечая на вопрос прокурора о служебной иерархии в службе безопасности "ЮКОСа", свидетель сказал, что ее начальником был Шестопалов, а курировал службу безопасности Невзлин. О взаимоотношениях Невзлина и Пичугина, Пичугина и Горина Владимиру Криуневу, как он сообщил суду, ничего неизвестно.

По окончанию допроса свидетелей с обвинениями в адрес Шестопалова и Невзлина выступила потерпевшая Галина Дедова (мать Ольги Гориной). По ее мнению, имеющихся материалов дела и показаний свидетелей обвинения, прозвучавших на процессе, достаточно для того, чтобы утверждать об их причастности к убийству. Дедова подала в отношении Леонида Невзлина исковое заявление о возмещении морального ущерба в размере 20 миллионов рублей.

Про Алексея Пичугина она сказала: "Я к Пичугину отношусь, как к настоящему мужику, он вел себя достойно". Между тем раньше Дедова обвиняла именно Алексея Пичугина в убийстве своей дочери. 

Все оставшееся время прокурор Кубляков оглашал материалы дела, преимущественно – связанные с первым покушением на Евгения Рыбина.
Tags: nevzlin
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments