В начале судебного заседания прокурор Камиль Кашаев ходатайствовал об изменении порядка предъявления доказательств. Он просил снова предоставить слово представителям государственного обвинения, потому что у них появились дополнительные "доказательства вины" Алексея Пичугина. Сторона защиты не имела против этого возражений, и судья Петр Штундер удовлетворил ходатайство. Первым из представленных прокурором "доказательств вины" Алексея Пичугина оказалась ксерокопия паспорта Михаила Ходорковского . Из данного документа следует, что Михаил Ходорковский действительно родился 26 июня. Это, по мнению Кашаева, доказывает, что Алексей Пичугин организовал убийство мэра Нефтеюганска Владимира Петухова 26 июня 1998 года. В качестве других аргументов позиции гособвинения Камиль Кашаев огласил показания свидетелей. По нефтеюганскому эпизоду прокурор зачитал показания жителя Нефтеюганска Соколова . Свидетель рассказал, что, оставшись по состоянию здоровья без работы, он существовал на те средства, которые выручал за сдачу в наем комнаты в своей двухкомнатной квартире. Во второй комнате Соколов проживал сам. Вспомнить кого-то конкретного из постояльцев свидетель не смог, потому что никто из них не задерживался дольше, чем на две недели. Соколов также добавил: "Я уже немолод, память слабеет". Кроме того, Соколов упомянул, что после убийства мэра Нефтеюганска взбудораженный этим событием народ собирался на митинг, на котором выступавшие обвиняли в преступлении "ЮКОС". Адвокат Алексея Пичугина Георгий Каганер обратил внимание председательствующего на то, что Камиль Кашаев читает показания свидетеля выборочно, а это мешает составить полную картину, какие постояльцы бывали у Соколова. В частности, прокурор опустил фразу, что среди них преимущественно были мамы с детьми, а из мужчин – только люди со славянской внешностью. Еще один свидетель, Вячеслав Сидоров , давал показания по эпизоду Валентины Корнеевой . Он – близкий родственник убитой, присутствовал на многих ее деловых переговорах. В том числе и на тех, что велись в феврале 1998 года между директором "Феникса" и представителями банка "МЕНАТЕП" по вопросу продажи банку помещения магазина "Чай" на улице Покровка в Москве. В числе лиц, которых Сидоров вспомнил как переговорщиков со стороны банка, – Горин и Назаренко. Горин, по словам свидетеля, предлагал различные варианты участия "Феникса" в проекте реконструкции здания, но называемые им финансовые условия, по мнению Валентины Корнеевой, были для нее и ее коллекитва невыгодными. Ситуация осложнялась судебной тяжбой между Валентиной Корнеевой и ее партнером Валентином Тарактелюком. В целом показания Вячеслава Сидорова о положении дел до и после преступления не отличались от того, что уже рассказали другие свидетели, выступавшие со стороны обвинения раньше. Сидоров также сказал, что, якобы, Сергей Горин подделал подпись сына Валентины Корнеевой – Дмитрия Корнеева – на соглашении между сторонами и на справке БТИ. При этом Горин, по словам Сидорова, написал Корнееву расписку о том, что пошел на эту подделку. После смерти Валентины Корнеевой помещение "МЕНАТЕПу" продано не было. Продажа третьей фирме (по мнению свидетеля, афилированной с "ЮКОСом") произошла только в 2003 году – по решению Дмитрия Корнеева и других акционеров. Когда Камиль Кашаев закончил оглашать показания Вячеслава Сидорова, адвокат Георгий Каганер дополнил их информацией из того же протокола допроса, что этот свидетель был сотрудником ФСБ, а также зачитал протокол судебного заседания, на котором выступал Сидоров. Тогда Сидоров, в частности, сказал, что "не видел в Горине того человека, который может решать вопросы". Кроме того, Сидоров заявил, что Валентина Корнеева никогда не высказывала ему опасений за свою жизнь. Затем адвокат Дмитрий Курепин , с согласия судьи, приобщил к делу официальные переводы с немецкого языка финансовых документов "Ист Петролеум", которые ранее предоставлял бывший управляющий этой компании потерпевший Евгений Рыбин . Следующее заседание Мосгорсуда по делу Алексея Пичугина начнется 6 июля 2007 года в 11 часов в зале 408. Ожидается, что на нем состоится допрос Алексея Пичугина. </div> Комментарий Сегодняшнее "доказательство вины" Алексея Пичугина – я имею в виду паспорт Михаила Ходорковского, – произвело на меня неизгладимое впечатление своей "убедительностью". В связи с этим вношу рационализаторское предложение – распространить потрясающую логику генерала как можно шире. Вспомним, кто родился 7 октября и какое трагическое происшествие, громкое убийство, произошло в этот день в прошлом году. Если следовать несокрушимой генеральской логике, то и этого человека надо отправить за решетку? Для тех, кто не понял, поясняю, что свидетель Соколов, по версии генерала Кашаева, сдавал комнату Цигельнику и Решетникову , только запамятовал их. Поэтому-то Кашаев и не хотел говорить о женщинах с детьми и лицах со славянской внешностью (Цигельник и Решетников, мягко говоря, не очень подходят под эти этнические, возрастные и половые признаки). </div>