Защитник политзаключенных покинул Россию из-за политического преследования
На днях из-за риска ареста по политическим мотивам вынужденно покинул Россию правозащитник, предприниматель и руководитель независимого издания "Усть-Кут-24" Алексей Тупицин. Алексей вместе с единомышленниками, в частности, регулярно посылал очень красивые открытки с видами Усть-Кута политическим закаченным. В их списке, помимо прочих, был и Алексей Пичугин. Вот одна из давешних записей об этом:
"Мы продолжаем традицию и ежемесячно отправляем письма со словами поддержки людям, которых российские власти преследуют за политические убеждения. К сожалению, в нашей стране на сегодняшний день, становится все больше граждан, которых власти преследуют по политическим мотивам. Люди находятся в пыточных тюрьмах и колониях и им необходимо внимание и поддержка гражданского общества. Призываем всех неравнодушных к судьбам страны людей, хотя бы морально поддержать политзаключенных и уделить немного времени для отправки самой простой открытки со словами поддержки. Людям очень важно знать, что о них помнят и в своей борьбе за общее дело, они не остались одни" (https://www.facebook.com/delopichugina/posts/3230033690552980)
Я познакомилась с Алексеем Тупициным через его страничку "Фейсбуке", которая сейчас удалена. Алексей Пичугин получал эти открытки передавал Алексею Тупицину через меня слова благодарности. Теперь иркутский правозащитник и сам нуждается в помощи. Интервью с ним можно прочитать у Александры Шинкаревой.
https://www.facebook.com/Hassliebemiss98/posts/555150106135488
***Текст: Иркутский Инсайдер
На днях у иркутского правозащитника, предпринимателя и руководителя «Усть-Кут 24» Алексея Тупицина прошёл обыск и допрос. После этого он уехал из страны.
— Вы замечали за собой слежку до задержания?
— Да, а за несколько дней вообще уже практически здоровались. Вечером перед задержанием мы с семьёй ездили в «METRO», они за нами ехали впритык.
— С чем связываете задержание?
— Уголовное дело, по которому меня пытались привлечь, состоит из симбиоза различных эпизодов, никак не связанных между собой, но межведомственная следственная бригада из Москвы пытается натянуть на организованную террористическую организацию федерального уровня. Они собирают в кучу навальнистов, правозащитников и недовольных войной и искусственно лепят из них структуру, которая якобы намеревалась свергнуть власть вооруженным путём. Плюсом на недовольных хотят списать лесные пожары, якобы вызванные поджогами. Фактического материала у них нет, и следаки собирались начать его выбивать из оставшихся фигурантов. Мне должны были поменять процессуальный статус в понедельник со свидетеля на обвиняемого и этапировать в Москву.
— Как проходило задержание?
— Это вообще цирк был. Вначале они перепутали этажи и вломились в квартиру этажом выше. Там хозяина квартиры на глазах у жены и малолетних детей положили на пол, криками потребовали представиться, а когда услышали незнакомую фамилию, то дали по почкам. Только потом следователи догадались сравнить мужчину с моим фото. Обнаружив промах, сказала никуда не выходить из квартиры, и извинилась «за техническую ошибку». Потом они уже пришли ко мне. Ворвались в квартиру, прижали к стене и требовали представится, я их послал по направлению русского военного корабля. Меня скрутили и посадили в машину прямо в тапочках. Смог с них стребовать дать мне надеть кепку [по вере и внутреннему убеждению Алексей носит кипу, которая находится под кепкой]. 20 минут я сидел в машине, где мне и всем, кто находился в машине, главный запретил говорить, а меня вообще назвал жирным. Мы доехали до Следственного комитета, а потом следак вызвал меня обратно домой — провести обыск в присутствии. Он требовал, чтобы я ему выдал всё сам, но тогда мне вообще было непонятно, что он хочет. В итоге я ему отдал табличку «ЦГС» со старого иркутского офиса.
— Обыски были не только в Иркутске, но, и дома и в офисе в Усть-Куте. Какой примерно ущерб?
— По ущербу от изъятой техники — это точно больше 700 тысяч. Непонятно, зачем забрали в Иркутске фотоаппарат, а в Усть-Куте телефон моей умершей мамы. Ещё забрали все жёсткие диски с камер наблюдения. А вот оружие забрали не всё. В Иркутске вообще не тронули его, а в Усть-Куте они забрали только 5 единиц из 12 — они нашли только один сейф с оружием и всеми патронами. У меня есть все необходимые разрешения на оружие, и оно всегда хранилось правильно. А вот забрать я его, видимо, смогу только после возвращения на родину.
— Тяжело было решится на отъезд?
— Я ещё вечером в субботу не думал о отъезде, но перспектива получить статус обвиняемого и ехать по этапу в Москву решила всё за меня.
— Где вы сейчас?
— В Вильнюсе у друзей. Решу все необходимые личные вопросы и поеду в Варшаву. Мы хотим открыть центр для приезжих из России, где сможем дать им основную информацию о необходимых действиях после приезда в Польшу и, возможно, в будущем как-то помогать финансово.
— «Усть-Кут24» и ваш бизнес продолжает работать без вас?
— Конечно, всё продолжает работать. Все необходимые контакты и связи остались.
"Мы продолжаем традицию и ежемесячно отправляем письма со словами поддержки людям, которых российские власти преследуют за политические убеждения. К сожалению, в нашей стране на сегодняшний день, становится все больше граждан, которых власти преследуют по политическим мотивам. Люди находятся в пыточных тюрьмах и колониях и им необходимо внимание и поддержка гражданского общества. Призываем всех неравнодушных к судьбам страны людей, хотя бы морально поддержать политзаключенных и уделить немного времени для отправки самой простой открытки со словами поддержки. Людям очень важно знать, что о них помнят и в своей борьбе за общее дело, они не остались одни" (https://www.facebook.com/delopichugina/posts/3230033690552980)
Я познакомилась с Алексеем Тупициным через его страничку "Фейсбуке", которая сейчас удалена. Алексей Пичугин получал эти открытки передавал Алексею Тупицину через меня слова благодарности. Теперь иркутский правозащитник и сам нуждается в помощи. Интервью с ним можно прочитать у Александры Шинкаревой.
https://www.facebook.com/Hassliebemiss98/posts/555150106135488
***
На днях у иркутского правозащитника, предпринимателя и руководителя «Усть-Кут 24» Алексея Тупицина прошёл обыск и допрос. После этого он уехал из страны.
— Вы замечали за собой слежку до задержания?
— Да, а за несколько дней вообще уже практически здоровались. Вечером перед задержанием мы с семьёй ездили в «METRO», они за нами ехали впритык.
— С чем связываете задержание?
— Уголовное дело, по которому меня пытались привлечь, состоит из симбиоза различных эпизодов, никак не связанных между собой, но межведомственная следственная бригада из Москвы пытается натянуть на организованную террористическую организацию федерального уровня. Они собирают в кучу навальнистов, правозащитников и недовольных войной и искусственно лепят из них структуру, которая якобы намеревалась свергнуть власть вооруженным путём. Плюсом на недовольных хотят списать лесные пожары, якобы вызванные поджогами. Фактического материала у них нет, и следаки собирались начать его выбивать из оставшихся фигурантов. Мне должны были поменять процессуальный статус в понедельник со свидетеля на обвиняемого и этапировать в Москву.
— Как проходило задержание?
— Это вообще цирк был. Вначале они перепутали этажи и вломились в квартиру этажом выше. Там хозяина квартиры на глазах у жены и малолетних детей положили на пол, криками потребовали представиться, а когда услышали незнакомую фамилию, то дали по почкам. Только потом следователи догадались сравнить мужчину с моим фото. Обнаружив промах, сказала никуда не выходить из квартиры, и извинилась «за техническую ошибку». Потом они уже пришли ко мне. Ворвались в квартиру, прижали к стене и требовали представится, я их послал по направлению русского военного корабля. Меня скрутили и посадили в машину прямо в тапочках. Смог с них стребовать дать мне надеть кепку [по вере и внутреннему убеждению Алексей носит кипу, которая находится под кепкой]. 20 минут я сидел в машине, где мне и всем, кто находился в машине, главный запретил говорить, а меня вообще назвал жирным. Мы доехали до Следственного комитета, а потом следак вызвал меня обратно домой — провести обыск в присутствии. Он требовал, чтобы я ему выдал всё сам, но тогда мне вообще было непонятно, что он хочет. В итоге я ему отдал табличку «ЦГС» со старого иркутского офиса.
— Обыски были не только в Иркутске, но, и дома и в офисе в Усть-Куте. Какой примерно ущерб?
— По ущербу от изъятой техники — это точно больше 700 тысяч. Непонятно, зачем забрали в Иркутске фотоаппарат, а в Усть-Куте телефон моей умершей мамы. Ещё забрали все жёсткие диски с камер наблюдения. А вот оружие забрали не всё. В Иркутске вообще не тронули его, а в Усть-Куте они забрали только 5 единиц из 12 — они нашли только один сейф с оружием и всеми патронами. У меня есть все необходимые разрешения на оружие, и оно всегда хранилось правильно. А вот забрать я его, видимо, смогу только после возвращения на родину.
— Тяжело было решится на отъезд?
— Я ещё вечером в субботу не думал о отъезде, но перспектива получить статус обвиняемого и ехать по этапу в Москву решила всё за меня.
— Где вы сейчас?
— В Вильнюсе у друзей. Решу все необходимые личные вопросы и поеду в Варшаву. Мы хотим открыть центр для приезжих из России, где сможем дать им основную информацию о необходимых действиях после приезда в Польшу и, возможно, в будущем как-то помогать финансово.
— «Усть-Кут24» и ваш бизнес продолжает работать без вас?
— Конечно, всё продолжает работать. Все необходимые контакты и связи остались.