"Пока горит свеча"
В среду, 29 декабря, завершилось разбирательство иска прокуратуры Москвы к Правозащитному центру "Мемориал" о его ликвидации. У меня было ощущение некоторого дежа вю: ход и характер судебного разбирательства в точности воспроизводил происходившее накануне в Верховном суде РФ, с тем же результатом. Прокуратура точно так же вышла за рамки предъявленного обвинения, голословно заявив, что ПЦ якобы виновен не только в неправильной маркировке (или отсутствии оной) своих публикаций, но и в экстремизме. Обвинение также утверждало о депрессии, которую якобы формирует правозащитная организация, и т. п.Впрочем, не буду повторять сказанное уже многократно. В этот раз я снова находилась на улице, уступая ограниченное из-за пандемии коронавируса место в зале записывающим звук и видео коллегам. Об этом, впрочем, ни на минуту не пожалела, потому что встретила у суда множество замечательных знакомых – Олега Петровича Орлова, Светлану Алексеевну Ганнушкину, других мемориальцев, моих "френдов" по "Фейсбуку" (с некоторыми давними заочными собеседниками было очень приятно "развиртуализироваться") – и незнакомых людей. Сочувствующих, сопереживающих на этот раз действительно было довольно много. Если раньше, на предыдущих заседаниях, здесь превалировали представители СМИ, то сегодня – обыкновенные неравнодушные люди.
Вообще, Мосгорсуд связан у меня с крайне негативными воспоминаниями, с делом Алексея Пичугина, с которого, я считаю, начиналось "басманное" правосудие, деградация и разрушение нашей судебной системы. Я ходила на этот судебный процесс (точнее – процессы, поскольку их было несколько) почти каждодневно, сначала как слушатель. Потом с него началась моя деятельность как судебного репортера (с того места, где я работала до этого, меня попросили уйти или перестать писать про Пичугина). Освещая именно этот суд, я впервые столкнулась тем, что некоторые друзья стали отворачиваться от меня (мол, небезопасно контактировать с такой персоной)…
Само решение судьи Михаила Казакова (я все-таки придерживаюсь мнения, что судей необходимо называть поименно, а не прикрывать их "именем Российской Федерации", от лица которой выносятся приговоры), конечно, не стало неожиданностью, особенно после вчерашнего судебного дня. Я уже писала об этом, но позволю себе повторить, что злые языки называют один из залов Верховного суда РФ (расположенный на минус четвертом этаже) "днищем правосудия", а Мосгорсуд – "мосгорштампом".
Лично у меня болит сердце за всё, что делал ПЦ "Мемориал", но в особенности – за политзаключенных, которым правозащитная организация помогает, помимо прочего, и финансово. Столкнувшись самолично с необходимостью где-то искать денежные средства на юридическую помощь невинно осужденному, я хорошо знаю, как это безумно трудно. Моя поддержка Сергею Давидису и всем-всем мемориальцам!
И Международный "Мемориал", и ПЦ "Мемориал" уже заявили, что считают судебные решения в отношении них неправосудными и будут обжаловать. Мне сегодня вспомнились строки (должно быть, навеяла эмблема "Мемориала"):
"Но верил я – не все еще пропало,
Пока не меркнет свет, пока горит свеча".
