Отправила через Zonatelecom письмо Юрию Алексеевичу Дмитриеву. Вчерашнее решение суда повергло меня в шок, как и вся ситуация с отсутствием в зале подсудимого, его постоянного защитника, с адвокатом по назначению… В своей теперь уже довольно давней книжке про дело Леонида Невзлина я привела статью из выдуманного словаря, которая называлась "Заочное правосудие": "Заочное правосудие – разновидность "басманного" правосудия, отличительной особенностью которого является отсутствие обвиняемого в ходе судебного разбирательства. "Юридический словарь" под редакцией проф. Медведкина, изд-во "Москва", 2108". Толкование было термина предвосхищено адвокатами Филиппом Багрянским, Андреем Михайловым и Михаилом Овчинниковым (адвокатское бюро "Багрянский, Михайлов и Овчинников"). Реальность в который раз оказалась ярче всяких пародий! Вот бы что-нибудь хорошее выдумать, чтобы поскорее реализовалось! Когда появились первые новости из зала суда, я даже глаза протерла – не поверила цифрам на экране. Подумала, может, опечатка, такое ужесточение? Это что-то беспрецедентное, на мой взгляд, на кассации. Не помню такого в судебной практике современной России. Занимаюсь судами как журналист с 2004 года, за это время присутствовала на оглашении только одного оправдательного приговора и думала, что наш суд уже ничем не может меня шокировать. Ошиблась! Решение вполне себе… историческое, на мой взгляд. В смысле – в духе того времени, которое Юрий Дмитриев столько лет исследует. Что ж, значит, таков дух нашего времени. Неприятный душок, прямо скажем! По-моему, понятное дело, что никаких цифр, которые вчера огласили, не получится. Для этого нужна незыблемость нынешнего режима, а этот монстр – колосс на глиняных ногах, на мой взгляд. И чем дальше, тем это становится очевиднее.