Письмо Юрию Дмитриеву
Отправила письмо Юрию Дмитриеву – свой ответ на его сентябрьское послание. Мне кажется, что каждое его письмо – это мини-эссе, заслуживающее публикации в отдельно изданном сборнике рассказов, который, надеюсь, Юрий Алексеевич когда-нибудь выпустит. Это не только отражение множества разных – интересных и важных – событий, но и острый взгляд, и анализ. У нас в переписке речь зашла о песнях, кто, когда и какие пел и поет. Юрий Алексеевич вспомнил случай из 1970-х годов, когда "людям в штатском" не понравилась вполне патриотическая "Варшавянка", которую они с товарищем затянули на демонстрации, исчерпав общепринятый репертуар.
Я в ответ рассказала, что молодежь сейчас поет всё больше рэп, его начали запрещать, как в советские времена было с роком, но я в рэпе, к сожалению, ничегошеньки не понимаю. Еще вспомнила случай, как администрации одной из колоний (по ряду соображений не буду показывать пальцем) очень не понравилась одна из новых песен Юлия Кима, которую я отправила товарищу Юрия Алексеевича по несчастью, другому сидельцу. На всякий случай, рассказывая это этом эпизоде, постаралась прибегнуть к эзопову языку, чтобы не зацепить чувств цензуры.
Я в ответ рассказала, что молодежь сейчас поет всё больше рэп, его начали запрещать, как в советские времена было с роком, но я в рэпе, к сожалению, ничегошеньки не понимаю. Еще вспомнила случай, как администрации одной из колоний (по ряду соображений не буду показывать пальцем) очень не понравилась одна из новых песен Юлия Кима, которую я отправила товарищу Юрия Алексеевича по несчастью, другому сидельцу. На всякий случай, рассказывая это этом эпизоде, постаралась прибегнуть к эзопову языку, чтобы не зацепить чувств цензуры.