?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"Эхо Москвы":

О.ПАШИНА― Тогда еще об одном человеке, о котором много пишет пресса и очень много пишут наши слушатели, которые прислали нам вопросы на сайт про Алексея Пичугина. Спрашивают: «Европейский суд по правам человека обязал Россию пересмотреть первое уголовное дело Пичугина. Почему, как вы думаете, Россия отказалась выполнить это решение, хотя это по идее обязательно?»

М.ФЕДОТОВ― Вообще, у нас есть постановление пленума Верховного суда на эту тему: об обязательности решений Европейского суда. Есть закон о ратификации Европейской конвенции, там все прописано. И у нас есть кодексы, в частности, Уголовно-процессуальный кодекс.

О.ПАШИНА― Ну так, почему же нет?

М.ФЕДОТОВ― Здесь надо просто смотреть юридические детали этого дела. Я, к сожалению, их не знаю. Но с Пичугиным мы встречались, когда мы были с членами нашей постоянно комиссии по содействию Общественным наблюдательным комиссиям реформе пенитенциарной системы, вместе мы ездили в Оренбургскую области, были в колонии, которая известна под названием «Черный дельфин». И встречались там с самыми разными осужденными, которые там находятся, в том числе, с Алексеем Пичугиным. И, кстати говоря, тогда посоветовали ему воспользоваться правом ходатайства о помиловании. И он, я знаю, этим правом воспользовался. И потом случилось так, что его ходатайство о помиловании даже не дошло до президента, а остановилось на уровне губернатора.

О.ПАШИНА― И об этом тоже есть вопросы, почему, действительно, он написал прошение главе государства, а ответил ему губернатор, и дело тоже закончилось ничем.

М.ФЕДОТОВ― Это тоже, на самом деле, очень серьезный вопрос. Дело заключается в том, что губернатор не обладает правом помилования. Правом помиловании обладает по нашей Конституции только глава государства, больше никто. И лишить помилования или Пичугина, или Иванова, или Сидорова может только один человек – президент Российской Федерации.

О.ПАШИНА― Почему же он молчит. До него не дошло прошение?

М.ФЕДОТОВ― Значит, если оно до него не дошло, это говорит только о том, что наша система, механизм института помилования работает плохо, и мы этот вопрос на встречах с президентом поднимали. Мы говорили о том, что институт помилования в конце 90-х годов работал очень эффективно. Правда, тогда и численность нашего тюремного населения была значительно больше примерно раза в два, чем сейчас. Но с тех пор указов о помиловании стало намного меньше, в десятки раз меньше. И мы как раз предложили президенту обратить внимание на эту тему. Он дал поручение Совету подготовить предложения по изменению механизма помилования. Но здесь мы столкнулись с очень сильным сопротивлением. С разных сторон разные ведомства говорят: «Нет, ничего менять не надо…».

О.ПАШИНА― А в чем там сложность – механизм? Я прошу меня помиловать, пишу президенту. Президент получает мое прошение, говорит: «Да, я тебя простил… Нет, сиди дальше». Сложность в чем?

А.ПОЗДНЯКОВ― Администрация президента знает, что было такое прошение от Пичугина?

О.ПАШИНА― Тем более, если знает губернатор. Как это, вообще?

М.ФЕДОТОВ― Оно могло, видимо, не дойти никуда вообще.

М. ФЕДОТОВ: Есть нормы, относящиеся к совместному ведению РФ и субъектов, поэтому закон принимается в иной процедуре.

О.ПАШИНА― «Почта России»…

М.ФЕДОТОВ― Нет, здесь дело не в «Почте России». «Почта России» не при чем. Может быть, тот редкий случай, когда «Почта России» ни при чем. Здесь все иначе немножко. Есть в каждом субъекте Федерации комиссия по помилованию. Вот такую комиссию в Санкт-Петербурге возглавляет Алексей Сергеевич Козырев, член нашего Совета. Он был один из тех, кто сказал: «Нужно менять систему о помиловании». Потому что он сам на примере собственной практики увидел, что эта система не работает.

О.ПАШИНА― То есть прошение идет не напрямую. То есть человек пишет, а оно поступает в эту местную комиссию.

М.ФЕДОТОВ― Вот, что рассказал Козырев – он рассказал, что через их комиссию по помилованию, которая в Санкт-Петербурге, проходит довольно много прошений – я не помню, сотни или десятки, но много – и они работают с каждым прошением. Они даже встречаются — посещают эти колонии — встречаются с этими людьми, которые просят о помиловании, и дальше они принимают решение: ходатайствовать, поддержать ходатайство или не поддерживать ходатайство. И вот это дальше идет на подпись губернатору. Губернатор это подписывает, и дальше это отправляется в администрацию президента в Москву. Дальше уже, в Москве в специальном управлении по обеспечению конституционных прав граждан все эти ходатайства, пришедшие из всех регионов, обрабатываются. Есть специальная комиссия по помилованию – это совсем не та комиссия, которая была во времена Приставкина, Окуджавы и других. Это комиссия из представителей ведомства исключительно. И эта комиссия дальше докладывает уже президенту.

Насколько я понимаю, в случае с Пичугиным произошло то, что его ходатайство о помиловании дошло до региональной комиссии, и либо региональная комиссия отказала, либо губернатор не утвердил решение этой комиссии региональной о том, чтобы рекомендовать удовлетворить ходатайство.

О.ПАШИНА― То есть это не исключительная прерогатива президента – помиловать кого-то или нет; решают посредники на всех уровнях движения этого прошения.

М.ФЕДОТОВ― Это неправильно. Решать должен один человек – президент. Ему должны доложить. И доложить, что осужденный Пичугин просит о помиловании. Вот есть материал, вот он прошел через все инстанции. Не важно, поддержали его в этих инстанциях или не поддержали, все равно это должно быть доложено президенту.

О.ПАШИНА― А сейчас это важно. Если эта первая самая низовая комиссия говорит: «Нет, мы считаем – нет» — всё, прошение выбрасывается.

М.ФЕДОТОВ― Вот, судя по тому, что нам написал Пичугин, получается именно так.

О.ПАШИНА― А по закону как должно быть?

М.ФЕДОТОВ― Ну нет закона.

О.ПАШИНА― Нет закона…

М.ФЕДОТОВ― Есть указ президента о порядке работы с помилованием, но есть еще и другая история. Дело ведь заключается в том, что в Конституции помилование разделяется на две части. Есть право осужденного просить о помиловании – это одна часть. И другая часть – это право президента помиловать осужденного. Как бы они складываются вместе. Но на самом деле право президента не зависит от права осужденного ходатайствовать о помиловании. Этот осужденный ходатайствовал о помиловании, другой не ходатайствовал, но президент считает, что его надо помиловать, и это его суверенное право, он не ограничен в этом праве.

И Совет неоднократно поднимал эту тему, и неоднократно мы доказывали… и еще и Дмитрию Анатольевичу мы об этом говорили и писали, и Владимиру Владимировичу Путину, что право президента помиловать ничем не ограничено. Оно не может быть ограничено указом, потому что оно прописано в Конституции непосредственно. Но пока наша позиция не получает поддержки.

А.ПОЗДНЯКОВ― В случае с Пичугиным тут понятно, что он нужен системе, как ее условно представлять, не представлять. Его перевели в СИЗО Лефортово уже официально ради нового дела Михаила Ходорковского. Вы будете следить за Пичугиным, вы будете с ним встречаться.

М.ФЕДОТОВ― Конечно.

А.ПОЗДНЯКОВ― Совет как-то планирует работу по этому делу?

М.ФЕДОТОВ― Конечно. Мы же работаем с самыми разными людьми, с самыми разными делами. К сожалению, конечно, на все у нас сил не хватает, это понятно. В Совете всего 4 человека, и все на общественных началах.

Tags:

Profile

Рис.А.Збуцкой
sivilia_1
Vera S. Vasilieva

Latest Month

July 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel