?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Сегодня [19 июня] в разных странах идут митинги в защиту Алексея Пичугина, отбывающего в России пожизненное наказание. Ему приписываются убийства людей, так или иначе связанных с ЮКОСом. Дело, однако, в том, что - не говоря уже ни о чем другом - уничтожать этих людей ни Пичугину, ни руководству ЮКОСа не было никакого смысла, наоборот, смерть их только осложняла достижение тех целей, которые компания в тот момент перед собой ставила.

Владелицу магазина «Чай» Валентину Корнееву киллер застрелил, когда уже близились к завершению переговоры о присоединении помещения магазина к банку «Менатеп», и из-за смерти Корнеевой очень нужная банку сделка сорвалась. Мэра Нефтеюганска Владимира Петухова, убитого по версии следствия за то, что тот требовал от ЮКОСа заплатить налоги, застрелили назавтра после того, как все спорные вопросы, ко всеобщему удовлетворению, были решены. Убийц поймали, это были члены Камышинской преступной группы, с которой у Петухова шла борьба за оптово-вещевой рынок, их опознали свидетели преступления. Но эти убийцы следствию были не нужны, ему нужен был Пичугин. Преступников отпустили, вскоре, при невыясненных обстоятельствах, они погибли, а в убийстве Петухова обвинили Пичугина. На Пичугина повесили и исчезнувших тамбовского предпринимателя Сергея Горина с супругой. Якобы этот Горин шантажировал Пичугина, грозил рассказать об всех убийствах, которые тот совершил. Но по утверждению того же следствия, именно Горин и организовывал эти самые убийства. Выходит, «шантажируя», он донес бы, прежде всего, на самого себя? Бред.

Задержание Пичугина напоминало воинскую операцию: задействовали 27 человек, из них – 21 сотрудник ФСБ, силовую поддержку оказывало спецподразделение «Альфа», вопреки закону адвокатов не допустили. А через день, 21-го июня, Басманный суд дал санкцию на арест Пичугина. Дал, так сказать, авансом, первый документ, который должен был засвидетельствовать его вину, появился только через три дня, 24-го июня 2003 года. В этот день оперативник Ананьев и следователь Демидов посетили колонию для особо опасных преступников на острове Огненный, где содержался главарь банды Игорь Коровников. К тому времени за раскрытые девять убийств и изнасилования он уже был приговорен к пожизненному лишению свободы. Оперативник Ананьев и следователь Демидов понимали: терять Коровникову нечего, до гроба ему сидеть в тюрьме, за малейшее ослабление режима он скажет все, что от него потребуют. На показаниях этого отпетого бандита и строилось обвинение Пичугина.

На судебном процессе коллегию присяжных почти сразу распустили, позже они рассказывали корреспонденту газеты «Русский курьер»: «Те свидетели, которых мы слышали, не могли дать каких-либо конкретных показаний против подсудимого. Все так вокруг, да около, конкретно никто ничего сказать не мог. Совершенно неубедительно. Мы, бывало, соберемся в совещательной комнате и спрашиваем друг друга: «Ну, и что сказал этот свидетель?» И получается, что ничего конкретного он не сказал. Мы бы подсудимого оправдали »; «Дело было подготовлено бездарно. Вот нас там было 16 человек и ни у кого не создалось впечатления о виновности Пичугина… Я думаю, нас и распустили-то потому, что не было достаточных улик, чтобы вынести такой вердикт, какой хотелось бы прокуратуре».

Новую коллегию присяжных сформировали уже так, как надо.

Следствию требовалось, чтобы Пичугин сказал, будто убийства заказали ему руководители ЮКОСа и банка «Менатеп» Ходорковский, Невзлин и другие. Пичугин рассказывает, как следствие вынуждало его дать такие показания, как давило на него, чем угрожало и что взамен обещало. Рассказывает подробно, называя фамилии людей, даты и кабинеты, где велась такая обработка.

Впервые предложил ему дать ложные показания следователь Банников в апреле 2004 года в кабинете №8 СИЗО "Лефортово". Пичугин там знакомился с материалами дела. После того, как ушли адвокаты, появился Банников. «Он сказал, - говорит Пичугин, - что знакомиться с этим "мусором" (материалы дела) не имеет никакого резона, и я как бывший сотрудник органов должен это понимать. Он сказал, что я лично как Пичугин никого не интересую. Дело политическое, и интересуют Невзлин, Ходорковский и другие совладельцы нефтяной компании. Какие бы прекрасные адвокаты меня ни защищали, исход дела предопределен».

Оклеветать Ходорковского и Невзлина Пичугин отказался.

Однако прокуратура своих усилий не оставляла. Уговоры продолжались. Спустя год, 4 июля 2005 года, Банников повторил свое предложение. «А перед этим, - рассказывает Пичугин, - была еще одна беседа с начальником управления Генпрокуратуры по расследованию особо важных дел Лысейко. Он требовал, чтобы я дал показания против Невзлина, Ходорковского, Брудно и других руководителей компании. В противном случае, он сказал, что меня ждет пожизненное заключение, а в случае согласия меня вывезут за границу и будут охранять, включат систему защиты свидетелей».

Пичугин опять отказался.

Но уж очень нужно было властям лжесвидетельство Пичугина. Позарез! С очередным настойчивым предложением обратился к нему государственный обвинитель Камиль Кашаев прямо в зале Мосгорсуда во время перерыва, не стесняясь охраны.

Одновременно против несговорчивого заключенного применялись и другие методы, покруче. Пичугин рассказал своим защитникам, что однажды его доставили в служебный кабинет следственного изолятора ФСБ; на подоконнике стоял магнитофон. Пичугин попросил этих сотрудников представиться и назвать занимаемые ими должности, на что последние ответили, что в ФСБ они занимаются экономическими преступлениями, а фамилии назвать отказались. После этого они начали задавать Пичугину вопросы о руководстве ЮКОСа в целом и, в частности, о руководителях Алексея Пичугина. В ходе допроса сотрудники ФСБ предложили Пичугину выпить кофе. Сначала он отказался, а примерно через 30 минут после начала допроса сделал несколько глотков, и тут же у него стали неметь ноги, зашумело в голове. Он не помнит, что происходило потом. Пичугин пришел в себя примерно через 4-5 часов. Он был доставлен обратно в камеру. В связи с очень плохим самочувствием Пичугин попросил вызвать врача, который измерил ему артериальное давление и сказал, что оно в норме. Никакой медицинской помощи ему оказано не было. Пичугин обнаружил у себя два следа от уколов. Здоровье его резко ухудшилось, начались головные боли, галлюцинации, повысилось артериальное давление, разыгрался фурункулез. Несмотря на категорические требования адвокатов, руководитель следственной группы Ю. А. Буртовой отказался провести немедленное медицинское освидетельствование. В результате, Алексей Пичугин потерял около тридцати килограммов веса.

Прокуроры не очень и скрывали своих истинных намерений. Вера Васильева, автор книги «Как судили Алексея Пичугина», присутствовавшая на судебном процессе, пишет: 7 июня 2006 года, в перерыве между заседаниями, адвокат обратился к прокурору Гудим: «Кира Станиславна, давайте будем более точно цитировать материалы дела. Все-таки судьба человека решается». Прокурор ответила: «Уже решена».

6 августа 2007 года судья Мосгорсуда Петр Штундер приговорил Алексея Пичугина к пожизненному заключению в колонии особого режима. Указал в приговоре: «Обвиняемый представляет особую опасность для общества».

Европейский суд по правам человека решил, что в отношении Пичугина нарушена статья 6 Европейской конвенции, защищающая право подсудимого на справедливое судебное разбирательство. В этом случае по закону председатель Верховного суда должен обратиться в президиум Верховного суда с представлением об отмене состоявшихся судебных решений в России по вновь открывшимся обстоятельствам, но этого сделано не было. Несправедливые судебные решения продолжают действовать. Невиновный по сути человек сидит и, если власти не образумятся, должен будет сидеть до гробовой доски.

Facebook

Tags:

Profile

Рис.А.Збуцкой
sivilia_1
Vera S. Vasilieva

Latest Month

September 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel