Vera S. Vasilieva (sivilia_1) wrote,
Vera S. Vasilieva
sivilia_1

О Ларисе Галкиной - на сайте Радио Свобода

Мера наказания

Известие о том, что многодетная мать Светлана Давыдова, обвиняемая в государственной измене (ст. 275 УК РФ), освобождена под подписку о невыезде, восприняли как свою победу тысячи людей, которые поставили свои подписи под обращением к Владимиру Путину в защиту жительницы Вязьмы, организовывали работу команды защиты, передавали заключенной предметы первой необходимости, распространяли информацию об этой истории. Это вполне обоснованно – чтобы помочь попавшей в беду женщине, объединились люди самых разных убеждений и взглядов на взаимоотношения России и Украины.

Призыв к милосердию был услышан президентом. Но не стоит забывать: победа эта – относительная и частная. Осталось само обвинение. О том, что ФСБ, возможно, хочет создать прецедент и опробовать на практике принятую в 2012 году новую редакцию 275-й статьи УК, расширенно трактующую понятие государственной измены, специалистами уже было сказано немало.

Я же хочу обратить внимание на меру пресечения в виде содержания под стражей, чрезвычайно популярную среди отечественных следователей и судей, несмотря на то что в современном законодательстве существует масса альтернатив, а российские следственные изоляторы, по данным правозащитников, переполнены. Почти у всех этих сидельцев нет семерых детей, вовсе не все они являются кормящими матерями. Но масштабы их человеческих трагедий тоже огромные. Рассчитывать не то что на милосердие, но даже на сколь-нибудь заметное внимание со стороны общества к этим людям, как правило, не приходится. Им остается уповать на закон. Но как быть, если закон не работает?

В СИЗО-6 с середины сентября прошлого года в камере, в которой одновременно находятся от 20 до 30 человек, удерживается инвалид III группы с психиатрическим диагнозом 51-летняя Лариса Галкина. Все попытки адвокатов добиться изменения меры пресечения и обеспечить больной надлежащую медицинскую помощь оказываются тщетными.

Лариса Галкина не получает в должном объеме прописанных врачами лекарств, которые она употребляла с 1997 года. Заключенная находится в таком тяжелом физическом и психологическом состоянии, что написала завещание. На одном из заседаний Савеловского суда Москвы по вопросу о продлении меры пресечения она заявляла, что не хочет жить, об этом же сообщала родным. К основному диагнозу за решеткой добавились серьезные проблемы с кишечником и зубами.

Лариса Галкина в Савеловском суде. Февраль 2015 годаЛариса Галкина в Савеловском суде. Февраль 2015 года

"Тяжкое преступление" (так его называют настаивающие на продлении ареста следствие и суд), инкриминированное Ларисе Галкиной, – не доведенная до конца попытка продать две упаковки доступного в аптеках по рецепту врача препарата золомакс, являющегося транквилизатором, а также снятие ксерокопии с рецепта (!). Ксерокопию следствие сочло подделкой медицинского документа. В связи с этим Галкиной предъявлено обвинение по целому "букету" уголовных статей: "покушение на преступление", "незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов", "незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта, совершенные организованной группой либо в отношении сильнодействующих веществ в крупном размере", "незаконная выдача либо подделка рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ".

Сумма несовершившейся сделки составляла четыре тысячи рублей.

Что примечательно – на попытку продажи обвиняемую спровоцировали, как выяснилось позже, сотрудники Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН). Подтолкнуло к совершению сделки Галкину тяжелое материальное положение. Она – вдова, обеспечивающая себя сама, к тому же пытавшаяся помочь деньгами сыну.

Примечательно и то, что говорить о сколько-нибудь значительном объеме сбыта психотропного вещества, согласно нормам закона, можно было бы, начиная с 1000 таблеток золомакса, в то время как обвиняемая попыталась продать всего только две упаковки.

"Соблюдайте вашу Конституцию!" – этот лозунг советских диссидентов вполне можно, на мой взгляд, переиначить в "Соблюдайте ваш Уголовно-процессуальный кодекс!"

12 февраля 2015 года судья Савеловского суда Дмитрий Неудахин продлил Галкиной арест еще на два месяца. В постановлении, помимо прочего, отмечается, что окончить предварительное следствие не представляется возможным, но при этом не уточняется, какие именно следственные действия запланированы и требуют обязательного содержания под стражей. Судебное заседание, назначенное на утро, началось лишь вечером. А привозили в суд и увозили обратно в изолятор Ларису Галкину сотрудники непонятного ведомства, одетые в "гражданку", на автомобиле "Форд", отказавшиеся контактировать с защитой.

"Похоже, трагедии Сергея Магнитского, Веры Трифоновой, Андрея Кудоярова и других заключенных, погибших в московских следственных изоляторах, российскую правоохранительную систему ничему не научили", – опасается адвокат Ларисы Галкиной, сотрудник Центра содействия международной защите Игорь Зубер.

Еще один пример – ученого-физика из Обнинска Калужской области Сергея Калякина. За решеткой он удерживается уже больше года, хотя обвиняется в совершении только экономического преступления.

На заседании Мосгорсуда 22-23 января по вопросу о продлении ареста следователь Ковальский неожиданно разоткровенничался. Примечателен его ответ на вопрос ученого, почему, приводя суду ставший уже всем известным и привычным набор аргументов ("может скрыться от следствия, оказать давление на участников уголовного дела" и так далее), Ковальский ходатайствует о дальнейшем содержании в СИЗО Калякина и одновременно – лишь о домашнем аресте двух других "фигурантов". Ковальский объяснил: причина в том, что Калякин не признал свою вину, а двое других сделали это и активно сотрудничают со следствием (дали признательные показания, а также показания на Калякина). Суд на использование таких методов следствия никак не отреагировал.

"Соблюдайте вашу Конституцию!" – этот лозунг советских диссидентов вполне можно, на мой взгляд, переиначить в "Соблюдайте ваш Уголовно-процессуальный кодекс!". Содержание под стражей не просто применяется повсеместно в ущерб альтернативным мерам пресечения, предусмотренным российским УПК. Оно, вопреки закону, как складывается впечатление, используется как мера наказания и давления. И это – в отношении людей, которые еще не осуждены и могут быть оправданы судом!

Очевидно, что российский суд вновь и вновь наступает на одни и те же грабли, несмотря на то что Европейский суд по правам человека уже неоднократно указывал: для избрания или продления меры пресечения в виде содержания под стражей недостаточно одной только тяжести предъявленных обвинений. Указывал на это ЕСПЧ, к примеру, в постановлении по первому делу Алексея Пичугина, вынесенном еще в октябре 2012 года, которое, кстати, по мнению адвокатов бывшего сотрудника компании "ЮКОС", не исполнено до сих пор.

Пленум Верховного суда РФ в своем постановлении от 19 декабря 2013 года "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" указал: когда есть возможность применить более мягкую меру пресечения – ее надо применять. Все основания для содержания под стражей должны быть подкреплены конкретными доказательствами, а не стандартным набором фраз, подчеркивает Игорь Зубер. Он напоминает, что в соответствии со статьей 99 Уголовно-процессуального кодекса РФ следствие и суд при избрании меры пресечения, помимо тяжести преступления, должны учитывать сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Может быть, после скандала со Светланой Давыдовой правоохранители на какое-то время станут несколько осмотрительнее и остерегутся арестовывать без достаточных оснований кормящих матерей. Но это лишь верхушка айсберга, следствие, а не причина, имя которой – произвол в правоохранительной и судебной системах.

Вера Васильева – независимый журналист, автор книг "Как судили Алексея Пичугина", "Третий суд Алексея Пичугина: хроники дела ЮКОСа", "Без свидетелей? Дело Невзлина: записки очевидца заочного процесса", "Алексей Пичугин – пути и перепутья"

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment